Гнев ангелов

– Мы с Кьярой теперь вместе, – тихо рассказывает он. – Но отец Касара рассадил нас с ней в школе. А я всего лишь держал ее за руку, потому что она грустила.

– Почему она грустила? – отсутствующим тоном спрашиваю я, краем глаза наблюдая за тем, как Стар прячется за Фениксом. Интересно, они знают о том, что отец Кьяры выдал наш план побега Нерону?

Я пытаюсь вспомнить о том, что Феникс сказал мне утром в день побега. По легенде, он просто держал ухо востро, чтобы удостовериться в том, что мой план удастся. Благодаря своим потрясающим связям он знает обо всем, что происходит в Венеции.

– Ты вообще меня слушаешь? – прерывает Тициан поток моих мыслей.

– Конечно, – я треплю его по макушке. – Так хорошо снова быть рядом с вами.

– Феникс заботится о нас, но я скучаю по тебе.

– Я тоже по тебе скучаю, – я бы так хотела снова обнять его, но боюсь, что опять начну плакать. Точно не сейчас, когда взгляды всех, кто сидит за столом, обращены на меня. При пятом небесном дворе я чувствую себя неплохо: не голодаю и не мерзну. Эти условия лучше, чем те, в которых я жила последние несколько лет.

– Давайте начинать есть, иначе еда остынет, – говорит Феникс. Он занял мое место в этой семье, и я благодарна ему за это. Возможно, наша жизнь бы стала проще, если бы я раньше согласилась принять его помощь. Но эту роль мне навязала моя мать, и, хотя я была на нее зла, я хотела доказать ей, что была в состоянии выполнять ее. Так моя жизнь обретала какой-то смысл. А теперь я сижу во Дворце дожей, и меня готовят к тому, чтобы уничтожить человечество. Даже если план Пьетро сработает, это даст нам только отсрочку.

Стар раскладывает макароны на тарелке, и Феникс поливает их соусом. Для нее он приготовил специальную тарелку, на которой лежит упорядоченная горка макарон, сбоку от нее – три кусочка лосося, рядом с которыми он наливает порцию соуса. Некоторое время я чувствую себя гостем.