Генералы драконов_5_Отвергнутая невеста генерала драконов

Снежная кошка оценивающе взглянула на мага и отчего-то фыркнула. Я же просто хотела пережить этот день и не сойти с ума от боли. От понимания — моей семьи теперь нет.

Никто больше не придет ко мне перед сном и не поцелует в лоб. Не соберется за общим столом и не начнет расхваливать жаренного на углях поросенка. Никогда больше отец не появится в своем кабинете, не возьмет в руки перо. Брат не зажмет свою любимую Линнель на лестнице и не сорвет очередной поцелуй. Мама не будет ворчать, что некого пригласить на чаепитие.

Такие мелочи, но из них и состояло настоящее счастье.

А я не осознавала этого. А теперь поздно... Для всего поздно...

Слезы душили.

— Рьяна… — не унимался ави Морган, не понимая моего состояния.

— Дайте мне спеть погребальную песнь на их могилах! — сорвалась я на него. — Дайте оплакать мать и отца, любимого брата, который за жизнь зубами держался, лишь бы мы с Филлией смогли уцелеть! Мне сейчас дела нет ни до императора, ни до владыки магов. У меня семью убили! На моих глазах! Всех!

— Прости! — он слабо кивнул и погладил по спине крепко спящую Филлию.

— Отстаньте! — процедила и отвернулась.

Впереди показалась перевернутая телега с овощами, вот возле нее и голосила толпа женщин.

Вздохнув, я натянула на себя плотнее края одеяла.

Повисшее в карете молчание, увы, оказалось скоротечным.

— Мне, казалось, ты сообразительнее будешь, Рьяна, — ави Морган поймал мой взгляд.

Я не ответила. В душе поднялась волна возмущения, но чем больше я думала над его словами, тем логичнее они мне казались. Ведь и папа говорил, что везет меня ко двору только потому, что нашим землям нужны союзники в борьбе с красноглазыми. И действительно я уже почти невеста, еще несколько лет и вполне готова в храм идти. А Филлия? Много мужчин согласятся на нищую феру с ребенком в довесок?

Меня передернуло.

Ненависть к бешеным застилала разум. Это все из-за них!

Их нужно убивать! Уничтожать! Твари красноглазые!

Позади нашей кареты вновь поднялся шум. Кучер, не предупреждая нас, прижался ближе к обочине, наезжая колесами на невысокую траву.

— Что там? — переполошилась я.

— Жених твой едет, — в интонации ави Моргана я уловила странные нотки.

Пренебрежение. Отторжение. Неприязнь.

— Он вам не нравится? — в открытую спросила и всё же покосилась в окно.