Газлайтер. Том 4 (СИ)

Но вряд второе, потому что, кажется, я слышу далекий, приглушенный стенами сторожки храп.

Задумчиво чешу подбородок. Мда, я, конечно, ожидал охраны посерьезнее. Еще камер боялся… Но, с другой стороны, зачем Царю тратить ресурсы на заброшенную усадьбу? Филиновы давно сгинули, других желающих соваться сюда мало из-за ментальных ловушек.

Я стою как вкопанный и раздумываю, посматривая на забор. Рискнуть или не стоит?"

"Ах, была не была. Одним глазком-то можно глянуть. Как только столкнусь с чем-то серьезным — сразу отступлю.

Бесшумно возвращаюсь на прежнее место и сдвигаюсь еще дальше. А то спящий (или медитирующий) дед может оказаться сенсориком, и в этом случае незачем проверять чуткость его восприятия.

Нахожу самую прогнившую доску. Предварительно усилившись, дергаю деревяшку на себя и выкидываю в сторону. Залезаю боком в образовавшуюся щель и быстро сигаю в плотно подступившую к забору чащу. Снова пробегаю несколько метров, и затем уже шагаю пешком и выпрямившись.

Мелькает мысль: а ведь это моя земля, мой лес, мое поместье. Раз я — единственный Филинов, значит, всё здесь принадлежит мне. Только знают об этом пока что только трое: я, баронесса Горнорудова и мама. Но, может быть, вскоре это исправится. Только сначала неплохо выяснить бы, как Царь Борис отнесется к воскресшему потомку опального рода.

Иду я пока беспрепятственно. Ментальных ловушек не видно. В то же время сканирую дорогу впереди на расстоянии, на котором могу дотянуться.

Не знаю, как это возможно, но повсюду ощущаются его частицы. Более того, местами прорывы Астрала просто огромные — с машину или даже дом. Но такие гигантские дыры я чувствую где-то далеко. Вплотную натыкаюсь лишь на небольшой кусочек: вокруг засохли ближайшие деревья, травы нет, земля превратилась в сухую глину, а мне почему-то рядом с прорывом просто обалденно! Даже не знаю почему.

Мои перепончатые пальцы! Филиновы были самыми могучими телепатами, раз смогли устроить сопряжение миров! Хотя, может, они неспециально? Не исключаю, что в усадьбе мог случиться ментальный катаклизм.