Гастролер

Сам знаешь: стучит им по полной программе, сдает кого надо, кого надо прикрывает… Ну, видать, из ОБХСС на него и капнули…

— Не нравится мне все это, — поморщился я. — Не люблю таких… флюгеров!

— Ну, что поделаешь, — развел руками Нестеренко. — Беспринципность — веление нашего времени.

— Так кто же, по-твоему, пасет моего Косаря? — возвращаясь к вопросу, спросил я профессора. — Не польские и не пиковые?

— Думаю, не воры. Думаю, тут самое худшее! — медленно раскручивая слова, стал говорить Нестеренко. — Похоже, это работа гэбэ.

— С чего ты взял?

— Помнишь, кто сейчас возглавляет комитет? Бывший комсомольский активист, лизоблюд и безмозглый кретин. Наверняка он и отдал приказ: скорей-скорей! Если бы тут действовали умники из урок, разве бы вломились в валютную кухню как слон в посудную лавку? Вспомни, сколько за последнее время случилось в Москве непонятных убийств. Кто-то роет нагло информацию. А это может быть только гэбэ. Под тебя же роют — хотят тебе испортить песню!

Нестеренко оказался, как всегда, прав.

Да и мне, чтобы не погореть, пришлось по-быстрому залечь на дно. С помощью Егора добыл себе новенькие ксивки и, став Сазоновым Игорем Петровичем, даже поступил на работу в административно-хозяйственный отдел МГУ.

Но это мне сослужило добрую службу

Глава 19

28 сентября

14:00

Варяг снова стал прокручивать в памяти загадочные события последних дней. На душе было тревожно. Целый ряд обстоятельств не давал ему покоя и заставлял вновь и вновь анализировать все, что произошло. Владислав в очередной раз посмотрел свой выключенный мобильный.

"Но включать свой мобильник здесь, в квартире, было бы безумием: нельзя допустить, чтобы его так по-глупому вычислили, по электронному сигналу. Варяг выглянул в окно: метрах в двухстах от дома начиналась лесопарковая зона, тянувшаяся вдоль берега большого водоема.