Гаур

Ещё бы установил колючую проволоку на заграждении с подведённым электрическим током и датчиками движения, и станцевал на моих костях, гаденыш! Отсюда вообще возможно сбежать?

Пропетляв несколько узких улиц, мы спустились с горы и выехали на шоссе, бегущее по береговой линии океана.

— Дай мне сигарету, — неожиданно привлёк моё внимание, обращаясь глухим, сдавленным голосом к Алехандро, после того как услышал позади себя щелчок от зажигалки. Тот прикурил и отдал тлеющую сигарету Гауру.

— Ты же вроде как бросил? — саркастически улыбнулся, прикуривая следующую для себя.

— Предлагаешь затянуть ремень безопасности на её шее? — язвительно произнёс в мой адрес, скривив ехидную ухмылку дороге. — Ещё суток не прошло, а она литр крови выпила."

"Хочется нервно заржать. Я даже любимое золотое колечко на пол уронила от такой заявочки. Пришлось ослабить ремень и самопроизвольно потянуться за ним, слегка приподнимая зад. Внедорожником тут же вильнуло вправо под протяжный сигнал встречного автомобиля.

Посыпались маты. Причём от всех и даже от меня. Ударившись головой о панель, отпружинила и плюхнула на его бедро лицом. Если бы не ремень безопасности, меня бы всю выбросило на бледного Гаура. Я только сейчас поняла, что спровоцировала опасную ситуацию на трассе своими ультра-короткими шортиками. Когда автомобиль начинает крениться в одну сторону и встаёт на два боковых колеса, затем снова выравнивается — у тебя за доли секунды вся жизнь проносится перед глазами, потому что горная трасса проходит по краю обрыва над гладью Атлантического океана.

Артём без промедлений съехал вправо с дороги и остановился под нависшей грозной скалой. Молниеносно вылетел из машины, обогнул её в три счета, добравшись до моей двери. Открыл, сверля своим испепеляющим взглядом моё испуганное лицо. Отстегнул ремень и, больно вцепившись за плечи, выдернул моё задеревенелое тело наружу. Я еле устояла на ногах, пребывая под влиянием шока.

Не сообразила, как потянул меня за собой через дорогу. Ноги сами следовали за ним, отстукивая каблучками по накалённому асфальту какой-то шифр азбуки Морзе. Остановившись на краю выступа над пропастью, развернул меня лицом к бушующим, пенным волнам и обернулся сам, прижимаясь к моей спине своей грудью.

— Смотри вниз, идиотка! — прорычал над ухом, толкая к краю. Если сорваться в пропасть — к воде долетит лишь разодранное об острые скалы тело.