Гарри Поттер и Кубок Огня

Изо всех сил пиная ногой толстые кусты и ветки, пока они не сломались под его напором, он, наконец, расширил отверстие и, разрывая о колючки одежду, смог пролезть через него. Справа от себя он увидел Седрика, корчащегося на траве от боли и стоящего над ним Крама.

Гарри вскочил на ноги и направил волшебную палочку на Крама. Крам поднял голову и, увидев Гарри, повернулся и побежал прочь.

— Ступефай! — во всю силу лёгких закричал Гарри.

Заклятие вонзилось Краму в спину. Он резко остановился на бегу и мешком свалился лицом вниз на траву, где и остался лежать без движения.

— Седрик, ты цел? — хрипло спросил Гарри, схватив Седрика за руку.

— Да, — тяжело переводя дыхание, ответил Седрик, — ты представляешь, он подкрался сзади… Я услышал шаги, повернулся, — а он стоит и направляет на меня волшебную палочку…

Седрик поднялся на ноги. Его всё ещё трясло. Они оба взглянули на лежащего ничком Крама.

— Просто невероятно!.. Я думал, он нормальный парень! — не отводя глаз от Крама, сказал Гарри.

— И я, — согласился Седрик.

— А ты слышал крик Флёр? — спросил Гарри.

— Да, — ответил Седрик, — ты думаешь, там тоже приложил руку Крам?

— Не знаю, — медленно проговорил Гарри.

— Что будем с ним делать? Оставим его здесь? — пробормотал Седрик.

— Нет, — сказал Гарри, — давай пошлём вверх красные искры, чтобы кто-нибудь пришёл за ним… А то его, наверняка, сожрёт Крутон.

— И он полностью этого заслуживает! — пробурчал Седрик, но всё же поднял вверх палочку и послал в небо букет красных искр, которые повисли в воздухе над Крамом, обозначая место, где он лежал.

Гарри и Седрик постояли немножко в темноте, оглядываясь по сторонам. Наконец Седрик прервал молчание: — Ну так что же, пошли, что ли?

— Что? — переспросил Гарри, — ах, да… пошли."

"Наступила неловкая пауза. Они с Седриком на время объединились против Крама, но сейчас оба вспомнили, что в этой игре они противники.

Гарри продвигался вперёд, время от времени проверяя направление заклятием Четырёх Сторон. Теперь их осталось только двое, и желание добраться до Кубка первым обжигало его всё сильнее. Мысль о том, что только что сделал Крам, не оставляла его в покое.