Гарри Поттер и Кубок Огня

Перси слегка порозовел.

— Ты можешь смеяться, Рон, — разгорячился он, — но если мы не проведём единый международный стандарт, рынок наводнится шатким плоскодонным товаром, который может фундаментально подорвать…

— Ага, ага, безусловно, — сказал Рон, поднимаясь по лестнице. Перси с силой захлопнул дверь. Гарри, Гермиона и Джинни вслед за Роном прошли ещё три этажа, а за ними неслось эхо криков из кухни. Похоже было, что мистеру Уизли всё-таки пришлось рассказать миссис Уизли об ирисках.

В комнатке под крышей, где спал Рон, почти ничего не изменилось с последнего визита Гарри.

По стенам и сводчатому потолку так же носились, помахивая руками с плакатов, игроки любимой команды Рона по Квиддитчу «Пушки Чадли», а в аквариуме на окне, где в прошлый раз лежала лягушачья икра, сейчас сидела огромных размеров лягушка. Старой крысы Рона Коросты уже не было в доме, но вместо неё появилась серенькая малютка-сова, которая доставила Гарри письмо от Рона на Привит Драйв. Она подпрыгивала в своей маленькой клетке и возбуждённо щебетала.

— Заткнись, Пиг, — сказал Рон, пробираясь боком между двумя из четырёх кроватей, втиснутых в комнату. — Фред и Джордж временно переехали ко мне, потому что Билл и Чарли сейчас спят в их комнате. Перси же один в своей комнате — ему, видите ли, нужно работать!

— А-а… почему ты называешь сову Пигом? — спросил Гарри.

— Потому что он придуривается, — сказала Джинни, — на самом деле совёнка зовут Пигвиджен.

— Ну конечно, а это — совсем не дурное имя! — язвительно заметил Рон. — Так его Джинни назвала.

Она считает это имя миленьким. Я пытался назвать его по-другому, но было поздно. Он уже больше ни на что другое не отзывается. Так что теперь он — Пиг. Я держу его у себя, потому что он раздражает Эррола и Гермеса. Если уж на то пошло, он и меня раздражает.

Пигвиджен весело порхал по клетке, пронзительно ухая. Гарри не придал никакого значения словам Рона. Он хорошо помнил постоянные жалобы Рона на свою старую крысу, и помнил также, как ужасно расстроился Рон, когда подумал, что кот Гермионы Косолап её съел.

— А где Косолап? — спросил Гарри у Гермионы.

— Наверно, в саду, — сказала она, — гоняется, небось, за гномами. Он их никогда раньше не видел.

— Так Перси нравится его работа? — продолжал расспрашивать их Гарри, усаживаясь на кровать и следя глазами за «Пушками Чадли», влетающими и вылетающими из плакатов на потолке.

— Нравится — не то слово! — угрюмо пробурчал Рон, — я думаю, он вообще бы не явился домой, если бы папа не настоял.