Флэшбэк

Но самая быстрая и эффективная атака — в горло.

Мир поплыл перед глазами Софи.

— Да, это невероятно неприятно, — сказал Сандор. — Ты должна помнить, что твоей целью всегда должен быть быстрый конец. Чем дольше живет твой враг, тем больше у него шансов прикончить тебя. Так что, если у тебя только один удар, лучше прицелиться вот так.

Он протянул руку к манекену, остановившись на полпути, и продемонстрировал идеальное движение — быстрый, решительный удар.

Без колебаний.

Без раскаяния.

Потом отступил в сторону.

Ее очередь.

И стало намного труднее дышать.

Двигаться было нелегче."

"Но она позволила воспоминаниям о жестоком смехе Умбры увлечь ее вперед.

— Ошибаешься, — сказал Сандор, когда она едва сделала шаг. — Ты забываешь, в какой руке оружие.

Так и было.

Даже с правой рукой на перевязи, ее мозг все еще отказывался работать.

Это оказалось гораздо труднее, чем она думала.

— Хорошо, — сказала она, расправляя плечи и крепче сжимая кинжал, когда переместила вес на другую сторону.

Тем же движением она рванула вперед, протянула руку и полоснула кинжалом.

— Вот так?

— Ты должна была ударить болванчика, — заметил Сандор.

— Ты этого не делал, — возразила она.

— Это потому, что я хочу, чтобы ты сделала первый укол. Это будет очень близко к реальности.

Когда он так выразился, она очень, очень, очень захотела этого не делать. Но это была как раз такая слабость, в которой всегда упрекали ее Невидимки.

Поэтому она сосредоточилась на нарисованных глазах, направляя свою ненависть и ярость в выпад, когда полоснула по шее манекена, чувствуя тошнотворный хлюп, когда лезвие погрузилось в ткань, сопровождаемое ужасающей вспышкой красного.

Кинжал выскользнул из ее руки, она вскрикнула и отшатнулась. Но она не могла остановить брызги, попавшие ей на руку. Лицо. Губы.

Ее желудок скрутило, и она подавилась, но где-то глубоко в подсознании рациональная часть ее кричала, что-то не сходится.

Она заколола болванчика.

Крови быть не могло.

Осознание этого помогло ей сосредоточиться, не обращая внимания на желчь, покрывающую язык, и уловить сладкий, знакомый вкус.

— ТЫ ВСЕ ПОДСТРОИЛ С ЯГОДНЫМ СОКОМ? — закричала она, когда ее зрение прояснилось настолько, что она заметила выражение лица Сандора.

Его глаза светились виной… но челюсти были решительно сжаты.

— Как я уже сказал, — сказал он ей, — я позаботился о том, чтобы эти уроки казались настоящими.

— С ЧЕГО БЫ ЭТО?..

— Потому что это не игра! — сорвался он.