Фиктивная жена авторитета

— И что? Что ты хочешь от меня? Идите в полицию с этой информацией, что я могу сделать?

От фотографий, которые мне показала Амина, становится немного не по себе, потому что на них — счастливая радостная девушка, с портфелем на плечах, садится в машину, которая отвезет ее в неизвестном направлении. Точно такое же видео есть и с Аминой и поэтому, когда я поднимаю голову, вижу в ее глазах застывшие слезы.

— Полиция ничего не сможет сделать, — говорит Амина. — Его многие покрывают. Дари… нам нужен маршрут. Есть подозрение, что ее будут перевозить вместе с остальным грузом.

— Все равно я не понимаю…

— Ты можешь достать маршрут, по которому повезут груз. Если найдешь его — Марину можно будет спасти.

— Где я его найду? Рустам ничем со мной не делится, ничего не рассказывает.

— На личном компьютере, в телефоне, из разговоров. Он по-любому должен обсуждать перевозку, просто ты наверное никогда не обращала внимания.

— Ты предлагаешь мне шпионить? Подслушивать, тайком залезть в его ноутбук и телефон? Там… пароль, наверное.

— Мы все продумали, — говорит Амина и протягивает мне флешку. — Это для ноутбука. Подключишь к нему и программа сама подберет пароль. Тебе лишь нужно найти информацию.

— В доме везде камеры.

Ищу причину за причиной, чтобы не соглашаться. Я бы очень хотела помочь этой девочке, но что я могу в действительности?"

"— С грузом ничего не случится, он доедет, мы просто заберем Марину. И никто ничего не узнает. Камеры мы отключим, ты сможешь беспрепятственно попасть в кабинет к Довлатову.

— Я не верю, что это сделал Рустам, ясно? — грубо отвечаю. — Он бы ни за что…

Осекаюсь, понимая, что еще недавно я точно так же считала относительно остальной его деятельности.

— Абдулов все равно получит информацию, просто… я не хочу, чтобы кто-то пострадал.

— Что ты имеешь в виду?

— Рома готовит план захвата. Сначала вашего дома, затем маршрута. Ты представляешь, сколько будет жертв? Марина — его любимая племянница.

— Почему мне кажется, что ты не оставляешь мне выбора? Амина…

Я хватаю ее за руку, смотрю прямо на нее, но она отводит взгляд, не выдерживая долго. Она изменилась. Похудела и стала не такой улыбающейся, как раньше. Она вообще другая. И я тоже. Такое ощущение, что наше детство закончилось в день моей свадьбы. Хотя так оно, наверное, и было.