Все началось с развода

— в памяти всплыли слова жены.

Что ей стоило по-другому реагировать?

Видимо, в какой-то момент у меня крыша засвистела просто. И очнулся уже, лапая Эллу в баре.

Весело было.

Идиот!

Веселился и знать не знал, что меня ждет потом.

Я ведь уходил из семьи, что вроде бы вид хотел сохранить общей благонадёжности.

А по факту.

А по факту до меня через полгода только дошло какие слезы были у Алёны, как она давилась болью, каждый раз появляясь рядом со мной, а этого было не избежать, то решали, что и как будет делиться, то из-за детей контактировали, то вот вещи забрать, то привезти.

Зато Элла одолжение не делала, зато Элла была счастлива, радовалась, хлопала в ладоши. Все, что я не сказал бы, все было замечательно, все, что я не сделал, все было идеально, только Алёне было все не идеально.

За столько лет брака не услышал от неё ни разу: ‹ я так тобой горжусь». Ни разу ведь не сказала мне и не сделала ничего такого, чтобы я видел, что помимо её высокомерной холодности, она действительно что-то большее испытывала ко мне.

— Нет, это неправильно, всему есть место и время... — У Алёны место и время говорить о чувствах было только в самом начале брака, пока молодая была, а потом год за годом, год за годом, дети и все как-то сошло на нет. Уже и не стоит рассказывать мужу о том, что он самый лучший, о том, что он обязательно победит, зачем? Он и так победит:

И вот была во всей этой её холодности какая-то нота обесценивания меня, что, уходя, я злился.

Злой был, как собака, потому что хотел услышать другое, когда говорил, что у меня другая есть и беременна.

Хотел услышать, что Альберт, ты чокнулся, какая другая, я тебя люблю. Я люблю тебя сильнее жизни.

А Алена только кивала. И плакала. Но ведь ни разу искренне не сказала, что ей больно, ни разу ведь не призналась, а я как будто бы психопат, только сильнее и сильнее старался уколоть, чтобы наконец-таки показала, что нужен был.

А я ей не нужен был.

В начале да, когда дети маленькие, когда только семья строится, конечно, нужен.

Одному тяжело, поодиночке, в принципе, в молодости тяжело, вдвоём, уже как-то легче.

Одна она бы не съехала никогда от родителей, потому что хорошая воспитанная девочка. По одному было проблемно. И вот получается так, что пока молодые, пока выживали, все было хорошо, а потом зачем выживать? Потом же все и так есть. Ну и что, что мужу последний раз говорила о том, что он самый лучший было в черт пойми каком лохматом году.