Все началось с развода

Ему не нужно было это ничего, он нашёл себе молодую девку. — У тебя баба беременная, пусти!

Мне казалось, что в какой-то момент я ужом вывернусь у него из рук и свалюсь с другой стороны кровати, но вместо этого я ощутила себя уже ближе к изголовью.

Я металась и лупила ладонями Альберта по груди.

— Да прекрати ты, — распахнутая рубашка показывала бугрящиеся вены на шее, на ключицах. — Прекрати, что ты, как маленькая, ноешь, не обижу, ты же знаешь, не обижу. — Рычал на меня муж, совсем потеряв контроль над собой.

Это белая горячка была, это однозначно белая горячка была, да не мог в нормальном состоянии Альберт до такого дойти. Ему кто-то что-то подсыпал на вечере, либо подлили.

Я не понимала, только сильнее упиралась, наконец-таки умудрилась свести ноги вместе и коленями упереться Альберту в грудь, но вместо того чтобы как-то вывернуться Альберт умудрился меня перехватить за бедра и дёрнуть на себя, что у меня противно напряглись все мышцы, особенно икроножные.

— Ну вот коленочки мои вот нежные. — Альберт наклонился и, словно бы шуткуя прикусил кожу на бедре.

Я зарычала, вывернулась, постаралась спрыгнуть с постели, но в этот момент Альберт перехватил меня и подмял под себя.

Чертова грёбанная сорочка, блин, болталась в районе талии. Хлопковые трусы вообще хер пойми где валялись.

— Не смей так поступать, не смей, у тебя есть другая, вот к ней езжай, езжай к ней.

— Да не хочу, не хочу, — зло дышал мне в затылок Альберт, зарываясь лицом в мои волосы, — не хочу.

— Пусти меня, не смей так поступать со мной, Альберт, ты же не хочешь этого, не хочешь.

— Да я последние полгода твою мать, только этого и хочу, — зло прорычал муж и болезненно остро провёл пальцами вдоль позвоночника, что у меня по коже выступили мурашки, но это не те мурашки были, которые от предвкушения или ещё чего-то приятного, это были мурашки паники, и тут же липкий пот следом за мурашками выступил на спине.

Я старалась вывернуться из-под мужа, потому что он тупо навалился на меня сверху и придавливал своим телом к постели.

— Зачем тебе все это, господи, Альберт, ты же взрослый

— Молчи уже. — Рявкнул зло муж, и его ладонь впечаталась в изголовье кровати.