Война за мобильность: Наследие исполинов

«Только бы хомо не начали атаку до того, как искатели сунут головы в нору сугароза… Небо и звезды, дайте нам эту отсрочку! А там… Хоть всю свою армаду не жалко положить, лишь бы единственный крейсер с корабликом искателей и самими искателями добрался до Тсурры».

— Не спугнем, шатта. Хомо уже освободили персонал базы. Уводят освобожденных в лес, на юг. Вероятно, к морскому катеру, на котором прибыли туристы. В данный момент боевики находятся перед выходом на летное поле, а остальные пробрались в башню-диспетчерскую.

— Держать все под строжайшим контролем! Это последний шанс, Шат Урву. Мы не должны его упустить.

— Не упустим, шатта. Как только хомо окажутся на рейдере, мы поставим полную техноблокаду и поднимем рейдер на борт крейсера. И немедленно стартуем по рассчитанному вектору.

— Да будет так.

Повинуясь легкому движению руки императора, видеостолб погас. Адъютант тенью выскользнул из помещения, на ходу поправляя браслет-терминал.

Экзотик-тур, взвод разведки мобильной пехоты флота «Евразия»

Пронг-32 (Табаска), доминанта ЗемлиПервого скелетика пристрелили перед самым входом в дежурку.

В затылок, причем нимало при этом не терзаясь. Скотч только свернул за угол с лестницы и сразу уперся в дырчатую спину. Руки сами сунули ружье во вражеский затылок.

Башку скелетику разнесло в клочья.

А вот дальше дело пошло хуже.

Во-первых, выстрел услышали те, кто сидел в дежурке. А во-вторых, внизу, около лестницы тоже возникли шат-тсуры. Семенов схватил труп застреленного Скотчем скелетика за перекрещивающиеся лямки какой-то амуниции, рванул на себя дверь дежурки, сначала втолкнул внутрь мертвеца, а потом и сам ушел в кувырок.

Палить он начал задолго до того, как встал. А потом выстрелы стихли, хотя возня внутри продолжалась. Но Скотч знал, на что способен Семенов в рукопашной. Да и некогда вчерашнему гиду было отвлекаться в реальном бою."

"Солянке и Скотчу пришлось отступать от лестницы в коридор, к дверям в дежурку. И вот тут-то им пришлось очень несладко, хотя оба отследили в тесном и светлом проеме несколько рвущихся навстречу почти прозрачных фигур.

Скотч успел выстрелить трижды, прежде чем ружье рванули так сильно, что едва не вывихнули обе кисти. Потом прилетело в челюсть и висок, не то кулаком, не то прикладом лучемета. Скотч вмазался в стену и тихо сполз по ней на пол. Несколько раз добавили ногой в корпус — больно и унизительно. Завыл рядом Солянка — кажется, его хватили по раненой руке.