Война за мобильность: Наследие исполинов

А вся слава достанется Плужнику и мегерам, как пить дать им, а вовсе не Сане Веселову.

Нет в мире справедливости… Ни миллиграмма.

Следующие полчаса Саня в одиночестве проторчал у шлюза. Вася и Виола в совершенно будничном настроении дождались, пока рейдер прыгнет поближе к находке, и вышли наружу. Навелись и отсинхронизировали вектор дрейфа просто изумительно: когда пространство за бортом пришло в норму и Плужник разрешил выход в открытый космос, поисковый рейдер и обломок древнего крейсера а'йешей разделяли жалкие двенадцать километров.

Скафандры у искателей были модерновые: не на архаичной реактивной тяге, а с гравидвижителем. Эдакий икс-привод в миниатюре, разве что без возможности барьерного перехода. Движитель фиксировал массивную цель и подтягивал человека в скафандре к ней, словно на страховочном фале. Если же цель по массе уступала человеку, в качестве опорной точки использовался рейдер. В этом случае скафандр не подтягивал, а выталкивал своего владельца к цели.

Сгорая от неутоленного любопытства, Саня слушал маловнятные переговоры Васи с Плужником.

А потом произошло чудо.

— Тимурыч? — запросил Шулейко с некоторой озадаченностью в голосе. — Тут осматривать немерено… Шли-ка сюда Саньку на подмогу, а то и за неделю не управимся.

Саня чуть не умер от внезапно вернувшейся надежды; грудь сдавило, словно началась тренировка на перегрузки; дыхание само собой остановилось. Боже, как отчаянно хотелось, чтобы шеф согласился с предложением штурмана! Пусть это и не совсем регламентный шаг — выслать с рейдера более половины экипажа, но ведь и отправлять рейдер в поиск при некомплекте экипажа тоже как-то мало согласуется с регламентом.

— Думаешь, надо? — с сомнением переспросил Плужник. Саня тихо проклял все на свете.

— Надо, Тимурыч. Это ж крейсер, не песчинка, даром что обломок.

Саня возблагодарил космические глубины и создателя космических глубин — если он все-таки, есть. А заодно и создателей модульных крейсеров а'йешей — за то, что создали свои крейсеры достаточно большими.

Бригадир тяжко вздохнул:

— Там хоть тихо все, а? Излучение, там, еще какие пакости? Виола, ау!

— Пока никаких, пакостей, — проскрипела Виола. — Эта жестянка, по-моему, не опаснее заброшенной шахты.