Этюд со смертельным исходом

— Он что, такой крутой?

— Да нет… Скорее для форсу, перед мужиками понты кинуть, дескать, без этого — ни на шаг! А сам… тьфу, старпер!

— Это не про меня, надеюсь!

На пороге стоял президент фирмы.

— Нет, Андрей Леонидович, что вы! Присаживайтесь…

— Может быть… э-э… начнем сразу? — коммерсант пытался держаться с достоинством. — Время дорого.

— Ради Бога! «Дипломатию» ваш… и плащик, пожалуйста!..

Процедура заняла не больше трех минут и проходила в полной тишине.

— Благодарю вас! Извините… Не своей, как говорится, волей…

— Да уж.

— Это что, все он предложил?

— Предложил! На-стоя-ял, молодой человек! Мне на эти баксы, в сущности, плевать — не сумма. Но вас, ментов, разве убедишь? Вбил себе в голову любой ценой вора найти. Пинкертон гребаный!

— Молодой человек, — обратился Виноградов к Бублику. — Сходите, там, предупредите, чтоб подождали!

— Пожа-алуйста! — сказал водитель и вышел, прикрыв за собой дверь.

Почти сразу же замок щелкнул и в проеме показалось озабоченное лицо начальника отдела безопасности:

— Все в порядке?

— Нормально… Я вызову… Еще что-то хотели спросить, молодой человек?

— Да, собственно… как обнаружилась пропажа?

— Не знаю.

— Хорошо. Я приглашу сюда женщин?

— Мне выйти?

— Нет, побудьте… Вы понимаете, что существует вероятность того, что деньги… как бы это сказать… что деньги у Лидии Феликсовны?

— Ну и хрен с ней, — спокойно ответил Цадкин, — надоела.

Владимир Александрович встал и пошел за дамами.

— Итак, милые женщины, — начал Виноградов, когда мадам Цадкина и Маша устроились поудобнее, — возможны два варианта развития событий. Первый: вы обыскиваете друг друга в присутствии господина Цадкина. Это процедура омерзительная, после нее вы не сможете смотреть друг другу в глаза… М-да… Кроме того, существует определенная проблема относительно Маши, ведь в отличии от Лидии Фе…

— Тоже мне, проблема! — хохотнула супруга.

Секретарша вскинулась было, но промолчала.

— Есть и второй вариант — разойтись по-хорошему. Вас трое — дело, как я понял, семейное…

— К черту! — не выдержала молчавшая до этого секретарша. — Я не брала, пусть обыскивает!

Она с маху кинула на широкий полированный стол свое замшевое пальто и сумочку-саквояж.