Этюд со смертельным исходом

Или куском мяса… Четвертого не дано. Господи, в каком же я дерьме!"

"Чувствовалось, что Борису Ивановичу страшно, больно и очень жаль себя — такого умного, тонкого и несчастного человека, попавшего в беду. Капитан прекрасно понимал Кожина: не так уж давно, посаженный в камеру Большого дома, он сам прошел через нечто подобное… и чуть было не купился, да, честно говоря, купился — потом долго и трудно выпутывался из расставленной тем опером ловушки… Ладно, дело прошлое!

— Боря… Виктор не верит, что ты был в этом деле главным.

И я с ним согласен… Это твой шанс, Боря!

— Дай мне поговорить с шефом, а?

— Дам. Конечно. Как только ты скажешь, куда вы его дели…

— Кого дели?

— Падла, тварь негодная! — Виноградов навис над Кожиным и заорал, брызжа слюной и почти касаясь его оплывшего лица. — Если с Мареничем что-нибудь сделали — я тебя, гадина, лично в куски порву! понял? Ты у меня к бандитам в руки сам попросишься! Понял?

— Володя! Володенька… Я не понимаю! — Коммерсант плакал, боясь поднять руки к дрожащим мокрьм губам.

 — Я не знал!

— Знал, сволочь! Все знал! Хочешь, я тебе скажу, как было? Хочешь? — Не ожидая ответа, Владимир Александрович встал и прошелся по комнате. — Мы тебя вычислили — насчет сейфа… Это было не так уж сложно, дело техники! Ты про такую штуку слышал — «поле переговоров»? Нет? Элементарно! Любой звонок по радиотелефону фиксируется — номер абонента, продолжительность… А иначе как все эти «Дельтателекомы» и прочие штучки-дрючки оплачивать? Обычно раз в три месяца — счет… да что тебе элементарные вещи объяснять! Догадался? Нет? — Это был самый рискованный момент допроса: Виноградов отчаянно блефовал, любая неверная интонация могла разрушить все, что удалось достичь.

В одну сторону звонки действительно отслеживались элементарно — это если звонили с радиотелефона. А вот если кто-то вызывал абонента «Дельты»… Оставалось надеяться, что Кожин уже достаточно запуган и не слишком силен в беспроводной связи. — Вижу — по-онял! Так-то… Ты ж мои контакты в «чека» знаешь? Зна-аешь! Я денег дал — совсем немного! — и ребята залезли в компьютер, сняли информацию… Проще простого: кто с кем сколько говорил во столько-то часов в таком-то районе, допустим, с такого-то телефона, принадлежащего фирме «Нефтегазойл». Нет! Конечно… Само содержание разговора никто не записывает — все-таки тайна корреспонденции, то-ce… Видишь — я тебе даже не вру, хотя мог бы наплести… Дальше объяснять?

Кожин сидел, уткнувшись лицом в скрещенные на столе руки.