Этюд со смертельным исходом

Постарайтесь выяснить последнее движение по счету и попросите взять на контроль попытку платежей.

— Будет сделано.

Какие визы у него открыты? Я имею в виду наш загранпаспорт.

— Немецкая, шведская, штатовская многократная… Да, эстонская!

— Виноградов, у нас есть кто-нибудь в транспортной?

— У нас все есть.

— Хорошо! Пусть проверят по кассам — авиа, железнодорожным, через порт… Заказ билетов на Маренича В. К. Ну и прочее — по полной программе. Фотография есть?

— Откатаем на ксероксе… А кроме наших, другие международные линии? «КЛМ», «САС»? — подал голос Корзун.

— Ну что ты спрашиваешь? Только родился? Владимир Александрович научит, что делать…

— А если у него все-таки еще один иностранный паспорт был? На другую фамилию? — спросил Корзун с обидой в голосе.

— Тогда придется искать через таможню, погранцев, обслугу… Для этого фотографиями и страхуемся, — примиряюще пояснил капитан.

— Та-ак… Больше по этой версии — все! Нет?

— Наверное, — откликнулся Виноградов. Остальные промолчали.

— Поехали дальше.

— Типун тебе!.. Кто?

— Ты меня спрашиваешь? Может быть, те, кто сейф взял… Или совсем другие…

— Кстати, о сейфе…

— Это отдельный разговор, Профессор… Потом!"

"— Ага. Понял… — И, сминая паузу, продолжил: — Допустим, Виктора выкрали. Значит, или следили, или его кто-то сдал. Из своих. Кто был в курсе его поездки с Мейером?

— Да все были в курсе! — вскинулся Зайченко. — Я, например.

— Я тоже знал, в принципе, — потер подбородок Орлов, — но…

— Тут получаюсь крайний — я! — вскочил Корзун с места.

— Если не считать Мейера…

— А Кожин знал? — вновь повернулся к Виноградову Профессор.

— Не по адресу… — Капитан перевел взгляд на начальника службы безопасности.

— Нет. Не знал! — твердо ответил Корзун. — Он сейчас и Уренгое на комбинате. Под контролем.

— Как договаривались. С первого, — кивнул Виноградов. — Завтра прилетают.

— Час назад парни, которые к нему приставлены, отзванивались.

— Так это он с сейфом? Точно? — подался вперед экспансивный Зайченко.

— Посмотрим… Завтра, Бог даст, определимся…

— Я говорил, что это он! Вот поверьте, и шефа эта сволочь подставила! — Денис терпеть не мог второго заместителя и даже в лучшие времена не особо это скрывал.

— Осади! — Виноградов не уважал, когда танцуют на могилах, и счел необходимым остудить пыл Зайченко. — И ты мог. И Иваныч.