Это несерьёзно

Вместо этого кладет ладонь на мою ногу. Слегка поглаживает.

Это так неожиданно, что вздрагиваю.

Распахиваю ресницы. Он раздвигает пальцы и сжимает внутреннюю часть бедра. Столь крошечной и легкой ласки будто бы хватает, чтобы запустить механизм. Я жадно вдыхаю запах и захлебываюсь тем, что чувствую.

Тело мгновенно откликается. Сердце бьется насухую, видимо, кровь-то давно уже испарилась. И терять нечего. А ласка нужна. Его ласка.

Замираю и боюсь пошевелиться.

Баженов же наклоняется и касается вибрацией кожи:

— Мне убрать руку?

Глава 21

Начинается новый трек.

Мы в вакууме. Я и вопрос Баженова. Вопрос, требующий реакции.

Его рука грелкой печет там, где касается.

Делаю нервный вдох и… раздвигаю ноги.

Баженов ласкает сначала колено, плавно поднимаясь выше. И выше. Музыка качает настроение. И в тот момент, когда я думаю: «Как хорошо, что он не торопится…» — Демьян касается промежности.

Прошибает током. Меня там не трогали очень-очень давно. Тысячу лет. Как минимум — двести тридцать. Да я и сама себя не касалась в этом плане, не до того было.

Запрокидываю голову от спазма удовольствия и сама спускаюсь ниже, навстречу руке. Реакция следует незамедлительно — Демьян проводит по ширинке вверх-вниз. Растопыривает пальцы, впечатывает ладонь и сжимает меня там.

Задыхаюсь. Ткань топа становится шершавой и соски царапает. Грудь, живот, бедра — ноют. Где он трогает — нестерпимо.

Демьян. Он нависает. Накрывает мою промежность ладонью и трет. С ним, видимо, только так. Дотла. Гореть.

Приподнимаю ногу и упираюсь каблуком в диван. Впиваюсь ногтями в обивку. Кусаю губы, закрываю глаза.

Ощущения бомбят.

Баженов перебирает пальцами, гладит, а затем начинает двигать рукой. Быстрее. Быстрее. Еще быстрее.

Жажда преодолевает максимум.

Бросает в пот.

Это больше чем ласка. Это самый настоящий секс.

Делаю робкие движения бедрами навстречу, Демьян за это не ругает. Напротив, его рука становится будто жестче. Еще жестче. Между моей кожей и его пальцами два слоя ткани — тонкое белье и джинсы, — но в какой-то момент кажется, что одежда испаряется.