Это несерьёзно

Женские ласки — это всегда максимально трепетно. Аиша ласкает колени Крис. Пульс ускоряется, ревность щекочет либидо.

В Кристине есть нечто такое… порочное, кисло-сладкое, что печет на губах и что хочется пробовать. Искры безбашенности сверкают в черноте зрачков. Ее душа жаждет контролируемого отрыва, поэтому мы развлекаемся, но безопасность всегда ставим на первое место. На заднем сиденье моей машины Крис полностью безопасно, она может пробовать, шалить, отдыхать.

В номере отеля Аиша занимает место за столиком в тени и медленно тянет шампанское, пока Кристина принимает душ.

Она выходит через несколько минут в длинном черном халате. Я как раз зажигаю расставленные на столе свечи разных форм и цветов. Приятный полумрак лихорадит и настраивает на нужную волну. Благовония способствуют раскрепощению. Негромко играет музыка.

— Горячие, — хрипло выдыхает Крис.

Она касается огня ладонью. Терпит некоторое время, потом отдергивает руку.

Я подхожу сзади, сжимаю ее запястье и подношу к губам. Целую, облизываю.

— Будет больно? — шепчет она доверчиво.

— Я подую. — Делаю это.

Дрожь прокатывается по ее телу. Член наливается и пульсирует — так сильно я хочу эту девчонку. Жалею, что вообще все это придумал, потому что прямо сейчас я хочу войти и кончить. В спешке. Но Кристина и правда часто бывает одна и скучает, она заслужила расслабление.

— Сними халат.

Мешкает, но слушается. Медленно развязывает пояс, ткань падает на пол. Мои нервы натягиваются сильнее. Полупьяными глазами рассматриваю ее потрясающее обнаженное тело, которое закрывают лишь тесемки крошечных кружевных стрингов.

Кристина часто дышит. Присаживается на постель, где мы расстелили покрывало. Откидывается на прямые руки и расслабляется.

Я поворачиваюсь за свечой и произношу вполголоса, четко и совсем другим тоном, отстраненным:

— Тебе видно?

— Да. Мне прекрасно видно все, — отвечает Аиша.

Кристина судорожно вздыхает.

Закусывает губу и закрывает глаза, когда на ее кожу капает самый теплый воск. Он не должен ранить. Я попросил Крис тщательно разогреться в душе, и тем не менее воздействие для кожи ощутимо.

— Тебе хорошо? — спрашиваю.

Она молчит, и я повторяю вопрос громче.

— Еще, — выдыхает.

Сердце долбит по ребрам. Воск капает на грудь, касается сосков, Кристина тихонечко шипит и раздвигает ноги, открывая путь в рай. Ее приоткрытый красный рот — манит дотронуться.