Эмблема с секретом

Извинившись, спустился на первый этаж, между барной стойкой и туалетом нашел телефонную кабинку и через минуту набирал парижский номер. В тесной кабинке было душно, сквозь плотно прикрытую дверь доносилась музыка. Я видел две пары, танцующие в центре зала.

Простая формальность. Через несколько секунд я буду свободен. Мы спустимся в стриптиз-бар, потом отправимся в отель… Перед глазами стояли Юлия и Кристина, слившиеся в страстном поцелуе. Эта картина возбуждала. Подсознание разворачивало ее в совершенно непристойное действо…

– Франсуаза вылетела, – раздался вдруг голос автоответчика в трубке.

Гудки отбоя. «Франсуаза вылетела…» Некоторое время я продолжал держать трубку возле уха, как будто ожидая привычного и желанного: «Хозяев нет дома…» Потом повесил ее на рычаг и вышел. Пары танцевали очень красиво. У одной из девушек на плече была татуировка: плачущий глаз.

Я вернулся к столику и попросил официанта наполнить бокалы.

– Что-то случилось? – спросил Алекс, бросив внимательный взгляд.

– Я возвращаюсь в Ниццу.

Дамы переглянулись между собой.

– Это почему-у? – разочарованно протянула Юлия.

– Изменились кое-какие обстоятельства, – сказал я.

– Неприятности? – спросила Кристина.

– Нет.

– Тогда что же?

Хм-м. Европейцы обычно не задают столько вопросов.

– Со мной хочет встретиться представитель крупного издательства, – сказал я. – Это очень важная встреча. Я не могу ее упустить.

– Ясно, – Кристина посмотрела на меня не то чтобы с укором… Скорее с искренним разочарованием.

– И пустые обещания, – напомнил я.

– Но мы-то продолжим путешествие? – спросила она и посмотрела на Юлию, а потом на Алекса. – Мы поплывем в Сан-Ремо?

Алекс задумался.

– Почему нет? Хотя без Зигфрида будет скучно.

– Мы не дадим тебе скучать! – многообещающе улыбнулась Кристина. – Правда, Юля?

– Конечно! – Подруга кивнула.

Изменница! Вместо того чтобы отправиться в монастырь или хотя бы надеть траур…

– На такси до Ниццы сорок минут, – сказал Алекс.

– В первой половине дня, – сказал я и взглянул на Юлию. Она облизывала влажные от вина губы.

– Впрочем, переночевать я могу и здесь.

– Хорошо, – Алекс широко улыбнулся, превратившись в прежнего весельчака и рубаху-парня, подмигнул и добавил с поистине русской интонацией: – Тогда гуляем!

Определенно в нас было что-то общее.