Эмблема с секретом

Да, и еще чулок! Так что для великого русского композитора наши дамы были не просто голыми, а голыми совершенно бесстыдно и вызывающе. Интересно, какую бы музыку он написал, разглядывая наших нимф? Боюсь, что совершенно разнузданную и бесстыдную.

– Какая-то странная у вас группа! – Кристина выпила второй бокал. – Они что, так и будут по клавишами барабанить? И как нам танцевать?

– Извините, – галантно улыбнулся Алекс. – Кажется, я просто перепутал диски. Сейчас подыщем что-нибудь другое.

Скучную классику сменил веселый хип-хоп.

– О! То, что надо! – одобрила Кристина и вцепилась в англичанина, как самка богомола в самца. – Приглашаю на белый танец!

Они сплелись в объятии и принялись медленно раскачиваться, не очень-то стараясь попасть в такт. Руки Алекса жадно ощупывали крепкие бедра и выпуклый зад партнерши. Она в свою очередь запустила ладонь ему под рубашку. Какое бесстыдство! Танец и музыка были для них просто предлогом для тесного телесного контакта! Я пригласил Юлию, чтобы собственным примером устыдить эту распущенную парочку… Но подавать пример целомудрия, когда держишь в руках обнаженное и податливое женское тело, очень трудно, даже для такого аскета, как я.

Тем более что Юлия обхватила мою шею руками и подставила губы. Что мне оставалось делать? Прыгнуть за борт и бежать, опозорив всех немецких мужчин? Да и российских тоже, если моя легенда когда-нибудь будет раскрыта? Ни в коем случае, на такое я пойти не мог! Но, честное слово, я просто хотел обозначить вполне невинный дружеский поцелуй и не моя вина, что Юлин язычок, сохранивший вкус шампанского и клубники, вдруг каким-то образом оказался у меня во рту и принялся тереться о мой собственный… Можно ли винить пропустившего удар боксера за то, что он оказался в нокдауне и плохо контролировал происходящее? Вы как хотите, но я бы его не осудил!

Словом, яхта бодро шла на восток, огибая Ниццу и Вильфранш… В черном небе то и дело появлялись яркие огни, двигающиеся в разных направлениях.

Но это были не НЛО, а взлетавшие или заходящие на посадку самолеты. А мы… Мы танцевали на палубе, как бы ни называли этот танец завистники и ханжи с других судов, если они рассматривали нас в бинокли. Натанцевавшись и тяжело дыша, то ли от усталости, то ли от возбуждения, мы с Алексом повалились в шезлонги, потягивая ледяной «Дайкири», а девчонок заставили дефилировать перед нами, как моделей на кастинге.

Вопреки «нокдауну» (а может, благодаря ему) я убедился, что не ошибся насчет Юлиной фигуры.