Эмблема с секретом

Как один из виднейших популяризаторов космической аэронавтики и науки в целом считаю своим долгом развеять мифический туман, окружающий “Зону “М”, а заодно, используя багаж собственных знаний и опыта, прояснить суть некоторых явлений, происходящих там. Потому прошу обеспечить мне доступ на означенную территорию и по возможности сопровождение компетентного сотрудника НАСА. Надеюсь на скорый и положительный ответ.

С уважением

Зигфрид Майер, писатель, почетный академик Всемирной академии высшего сознания (г.

 Бангкок, Королевство Таиланд), действительный член научного общества “Универсум” (г. Мюльхаузен-Штадт, Германия)».…Согласитесь, без пары бокалов калифорнийского состряпать такое письмо было бы невозможно.

Я кое-что отредактировал, по мелочи. Перечитал еще раз. Мне не очень понравилось, что слово «виднейший» здесь употребляется лишь единожды. «Виднейший популяризатор…». Блекловато. Нельзя сказать, чтобы я страдал болезненным самолюбием, даже напротив.

Но здесь определенно нужно было заявить некий уровень. Я долго и безуспешно пытался всунуть слово «виднейший» еще куда-нибудь… Видно, я просто устал. В конце концов бросил это занятие, отправил свое послание на электронный адрес штаб-квартиры НАСА и спустился в бар."

"Это был нелегкий день. Я имел полное право побаловать себя чем-нибудь эдаким. Парочка коктейлей «Кентукки дерби спешл» пришлась как нельзя кстати. Я в Америке, в конце концов! Тем более что виски для этого коктейля используют только коллекционное, а листья дикой мяты доставляют (во всяком случае, так уверял меня бармен) исключительно из высокогорных районов Колорадо.

Алгоритмизация. Анализ. Интегрирование.

Несмотря на поздний час и расслабляющую обстановку, мой мозг ни на секунду не прекращал работать над поставленной задачей. Все-таки прав был генерал Иванников, когда говорил, что я совершенно не умею отдыхать…

Между тем откуда-то послышались волшебные звуки фортепиано.

Я поднял голову. В глубине зала отъехала в сторону тяжелая портьера. Там обнаружилась убранная цветами миниатюрная сцена, скорее даже просто возвышение. За самым обычным кабинетным роялем сидел обычный парень в обычной белой рубашке, который извлекал из инструмента поистине необычную музыку.

«Ба! Я в Америке!» – подумал я впервые с каким-то теплым чувством.

Возможно, причиной тому был не только пианист, но и «Кентукки дерби спешл».