Экстрим на сером волке

— Готово! Слушай, я Янке наврала, что ты дико богата…

— Это правда!

— И глупа, как кирпич, — продолжила фразу Кулькова.

Я примолкла, а Настена, не замечая моей реакции, неслась дальше.

— Мол, взбрендило тебе в голову родословную получить, охота столбовой дворянкой сделаться. Ну, денег, конечно, ты не считаешь. Ясно?

— Угу, — кивнула я.

— Тогда ступай к Темкиной, — ухмыльнулась Настя, — комната номер сто два. Только, когда увидишь красу ненаглядную, постарайся от крика удержаться.

— Она такая страшная?

— Просто царевна-лягушка, — захихикала Настя, — иди, не тяни время, поджидают тебя, кошелек уже приготовили и ручки потирают.

Я пошла было к двери, но притормозила на пороге."

"— Как ты объяснила Яне, отчего отправляешь к ней столь выгодную клиентку, почему сама не займешься богачкой?

Кулькова хихикнула.

— Я замуж выхожу и увольняюсь, не сумею заказ выполнить. А по какой причине Темкиной выгодный заказ отдаю? Обожаю Яну и хочу отблагодарить ее за все хорошее, что она для меня сделала! Красиво?

— Невероятно, — улыбнулась я и вышла в коридор.

* * *Хорошо, что ехидная Настя предупредила о том, что ожидает меня в сто второй комнате, иначе я бы, вероятнее всего, не сумела удержаться от восклицания:

«О боги!»

Отворив дверь, я увидела женщину огромных размеров. Боюсь, у меня не хватит слов, дабы описать внешность дамы. Трудно подобрать сравнения. Яна Валерьевна никак не походила на слона или бегемота.

Нельзя было назвать ее и доменной печью или машиной для перевозки мусора. Темкина выглядела больше всех животных и механизмов.

Круглое, сковородкообразное лицо с одутловатыми, раздутыми щеками повернулось в мою сторону. На лбу лежала густая челка, сразу под ней кустились брови. Вот глаз у нее не имелось. Вернее, они, конечно, существовали — узенькие щелочки, подпертые кусками нарумяненного жира, но цвет их остался мне непонятен.

— Садитесь, — неожиданно мелодичным, нежным голосом произнесла Яна Валерьевна. — Настя объяснила мне суть дела. Она сама никак не сможет выполнить ваш заказ, что только к лучшему.