Её несносный студент

— А жениться на едва знакомой, глубоко беременной соседке — это, бля, до хрена логично, — все, мой контроль идет нахер.

Потому что задрали, окончательно меня все задолбали. Я одного никак в толк не возьму — почему у всех одни и те же аргументы, одни, блядь, и те же? Нет, ну может я рожей не вышел, или рассуждаю инфантильно? Повод может дал о себе, как о безответственном недоумке думать? И, если Ксюше я еще готов простить ее дурость, проглотить сказанные ею слова, засунув язык в жопу, потому что, сука, люблю ее, и тараканов ее готов терпеть, то все остальные дружно идут нахер.

"— Ладно, я понял, мог бы по телефону меня послать, спасибо за завтрак, — встаю, с грохотом отодвигая стул. Не буду я это дерьмо выслушивать, сам разберусь. Белого напрягу, потом сочтемся, не чужие. Он, конечно, придурок пришибленный, но в любой ситуации меня поддерживал, стебал, было дело, но на моей стороне был.

— Подожди психовать, — флегматично произносит Кир, — сейчас ты только подтверждаешь мои слова, тебе мешают эмоции, Волков.

— А вот это не тебе решать, — цежу, сцепив зубы, — я тебя уважаю, Дядь, но выслушивать херню не буду, я свой выбор сделал, и обсуждать его я с тобой не стану. Единственное мое неверное решение — это то, что я понадеялся на друзей, думал, чуть облегчить задачу. Выслушал я достаточно, мне пора.

— Да погоди ты, Егор, — меня останавливает Славка, — ты тоже хорош, про тактичность не слышал? — отчитывает мужа.

— Я правду сказал.

— Правду он сказал.

— Ну переборщил немного, согласен.

Они продолжают спорить, а я перестаю понимать происходящее.

— Да сядь ты, поешь нормально, потом съездим в одно место. Мне позвонить надо.

Ничего больше не объясняя, он встает с места, вместе с малым, и выходит из кухни, оставляя охреневшего меня с улыбающейся Славкой.

Это че щас такое было?

— Я чет не понял?

— Что ты не понял? — переспрашивает подруга, выгнув бровь, смотрит на меня заинтересованно, чуть наклонив голову.

Я как раз успеваю сделать глоток, когда Славка заканчивает фразу, и давлюсь, едва не выпрыснув чай наружу.

— Чего?

— Красивая она говорю.

— Ты-то откуда знаешь?

— Как откуда? Видела ее, и как бежал ты за ней тоже видела. На лице твоего отца тогда, кстати, отразилась вся ярость этого мира, — посмеиваясь, Славка берет еще один сырник и надкусывает.

— Так, погоди, то есть ты видела… то есть ты знала, что я вернулся.