Его запретная малышка

— Ты так и в нашем браке волновалась? Часто расстраивалась?

— Нет, нет, никогда, Денис, правда, никогда, я была верной.

— А сейчас что случилось? Шлюший инстинкт проснулся?

Грош цена ее словам, но сейчас не об этом.

— Так, ты волновалась и переспала с другим мужиком, считая моего отца очень интересным мужиком. Кто он?

— Арсен.

Я засмеялся так, что, кажется, затряслись стекла на окнах. Сука, как же я забыл о нашем шустром и незаменимом управляющем отцовского отеля?

— А то, что у Арсена жена в Абхазии и двое детей, тебя никак не смутило?

— Как — жена? Он говорил, что развелся.

— Господи, я сейчас умру от смеха. Ева, я не думал, что ты такая беспросветная дура, это край, ниже только осталось дать Казанцеву. А может, у вас уже, что и было, вообще неважно.

Несколько минут прихожу в себя, это все, конечно, смешно, если бы не было так печально. Вот, это мой бумеранг, карма. Я говорил Маше, что почти развелся, Арсен, так же сказал Еве. Моя еще не бывшая жена спала с моим отцом и управляющим и не знает, от кого из них беременная.

— Зачем ты пришла ко мне, а не к отцу или Арсену?

— Я… я не знаю, я не хочу этого ребенка, мне нужны деньги на аборт.

Ситуация, скажем, не из легких.

— Я не дам денег на это, ты знаешь мое отношение к такого рода процедурам. И если бы ты хотела это сделать, ты бы уже сделала, но ты пришла ко мне, чтоб испортить жизнь, свалить всю ответственность за свои поступки. Так, Ева?

Молчит, отвернулась."

"— Утром позвоню отцу и все ему расскажу, это не обсуждается.

— Она приходила.

— Кто?

— Твоя проблема.

В груди все обрывается, ладони потеют, сжимаю кулаки.

— Что ты ей сказала?

— Что ты мой муж, я твоя жена, и мы ждем ребенка.

Срываюсь с места, хватаю Еву за шею, она вскрикивает, в глазах ужас. Я реально готов сейчас ее прибить за поганый язык и сказанные слова.

— Твое счастье, что ты женщина, я не ударю, сегодня ты улетишь в Сочи, я лично посажу тебя на самолет, а Арсен с отцом встретят. Ты меня поняла?

— Да, да, отпусти, больно.

— Собирай чемодан, едем в аэропорт.

Ева засуетилась, я сел за стол, сложил перед собой руки, чувствуя, как они трясутся. Вот почему Маша не отвечает, заблокировала, наверное, ее можно понять, молодая слишком. Представляю, как Ева могла все преподнести.

— Дьявол!

Снова кулаком по столу.