Его сокровище

Я поднял ее из инвалидной коляски и усадил на кухонный остров.

— Мне не нужно ничего делать, tesoro. Я Дон.

Я обнял ее и нежно поцеловал. Она была такой мягкой и теплой рядом со мной.

— Нет, ты мой муж. А это значит, что ты должен быть добр ко мне.

Она провела рукой по моим волосам. Она делала это при каждой удобной возможности.

Я улыбнулся, целуя ее шею.

— Я могу придумать множество способов быть добрым к тебе.

— Эм, привет, я все еще здесь, — сказал Ромео, размахивая вилкой с кусочком клубничного торта.

София зажала мне рот рукой, прежде чем я успел на него огрызнуться.

— Веди себя хорошо, — прошипела она, нахмурившись.

Я укусил ее, и она отдернула руку, подавляя улыбку.

— Тебе нравится? — спросила она Ромео, кивнув на десерт.

— Чертовски вкусно. Хотя я думаю, что шоколадный торт по-прежнему мой фаворит. Ты знаешь, у меня скоро день рождения. Возможно, тебе придется испечь мне еще один.

— Когда у тебя день рождения?

Я фыркнул.

— В июле. Через три месяца.

София усмехнулась.

— До этого времени я приготовлю тебе еще один. Пока ты добр ко мне.

— Я всегда добр к тебе, — сказал Ромео тоном, который подозрительно напоминал скулеж.

Я заправил прядь волос Софии за ухо и поцеловал ее в лоб.

— Чем ты занималась прошлым вечером, tesoro?

— Играла в покер с Анджело и его друзьями.

Моя хватка на ее бедрах усилилась.

— Ты что?

Она обхватила мое лицо.

— Ты собираешься ворчать?

— Я никогда не ворчу.

— Ах, извини. Я должна перефразировать: ты собираешься включить режим убийцы, угрожая убить Анджело и его друзей?

Я скрестил руки на груди, и она засмеялась.

— Мне было весело. Анджело учил меня играть.

Ромео фыркнул.

— Я бы заплатил, чтобы посмотреть на это. Ты плохо скрываешь эмоции. Я не уверен, что эта игра для тебя.

— Все прошло нормально, — настаивала она. — Я даже могу рассказать, какие комбинации карт принесут победу.

Меня осенило.

— На что вы играли?

Она подняла голову.

— Что ты имеешь в виду? Мы играли на фишки.

Я встретился взглядом с Ромео, и он прикрыл рот, чтобы не рассмеяться. На покерных вечерах Анджело ставка составляла две тысячи долларов, а выигрышный фонд часто достигал десяти тысяч. Моя невинная маленькая жена, очевидно, не понимала, что фишки представляли собой реальные деньги.

Мне нужно будет спросить у Анджело, сколько она должна, после того как я его побью за то, что привел ее на покерный вечер.