Его подарок или наказание?

 — Хотя должен признать, ты научился думать головой. План был хорош, но, увы, у меня оказалась весьма преданная невеста, — мерзко облизнулся он.

— И что теперь? — спросил я, пытаясь выиграть время.

— Теперь? — он притворно задумался. — Убью тебя, потом твоих дружков, женюсь на дочери моего лучшего друга, — кивнул он в сторону короля Мороса, — и, наконец, взойду на трон. А ты войдёшь в историю как король, который не продержался и дня.

— Зачем тебе всё это? — спросил я, искренне не понимая.

— Как зачем? Разве это не очевидно? Ты же король.

— Мне это не нужно. За мной люди пойдут добровольно. Мне не нужно их подчинять, — твёрдо ответил я, глядя ему в глаза.

Его взгляд стал ещё злее. Маленький огненный шар в его руке начал разрастаться, он явно готовился убить меня одним ударом. Отойдя подальше, чтобы не пострадал король Мороса, он выпустил фаер прямо в меня.

На миг всё стало тихо. Я подумал, что это конец. Я не успел попрощаться с матерью, не сказал Адели, как сильно её люблю. Не смог защитить друзей. Если бы у меня был второй шанс… Я бы сделал всё иначе.

Но вдруг я услышал звук. Это был щит. Я открыл глаза и увидел перед собой светящийся барьер. А за ним — ангела в тёмно-синем платье, вышитом золотом. Адели… Она здесь.

Но щит треснул. Сила заклинания дяди оказалась слишком мощной.

Я почувствовал, как во мне пробуждается сила. Моё сердце бешено заколотилось, магия словно взорвалась внутри. Антимагические кандалы сами упали на пол. Весь гнев, боль и отчаяние вырвались наружу. Я произнёс два заклинания подряд, метнув их в дядю. Пока он отступал, я склонился над Адели.

Она дышала. Моё сердце, которое на мгновение, казалось, остановилось, вновь забилось.

— Теперь мы вырвемся отсюда.

Я быстро задвинул Адели за спину, прикрывая её, и только тогда заметил, что возле Лео и Арно уже находилась Ария. Она ловко развязывала цепи, держа в другой руке магический щит, защищающий их от возможных атак. Талия тоже не теряла времени — она бросилась к Адему, который уже почти снял свои кандалы, а профессор Маркус защищал его, отражая нападения слуг.