Его мишень

Я в панике нащупала свою сумку, чем страшно развеселила Свята — он прижал меня к себе ближе и шепнул на ухо:

— Кстати, у меня есть для тебя сюрприз. Надеюсь, ты оценишь.

И я оценила.

Весь следующий день мы потратили на прогулку по удивительному городу с многовековой историей. Остановились мы в одном из отелей квартала Султанахмет, где в пешей доступности оказалось масса достопримечательностей. Мечеть Айя-София просто поразила величием и красотой, показалось, что отливающий золотом купол висит прямо в воздухе.

— Кстати, эта мечеть имеет очень любопытную историю и является гордостью Стамбула, — прогуливаясь за руку по мощеной булыжником тропинке, взял на себя роль личного гида Свят. — Собор был построен как символ «золотого века» Византии и находился рядом с императорским дворцом. В пятнадцатом веке, после того как Османы захватили Константинополь, собор был переделан в мечеть, и только в тысяча девятьсот тридцать пятом году стал музеем, а еще чуть позже получил статус объекта Всемирного наследия ЮНЕСКО.

— С чего ты взял?

— Просто у тебя лицо такое.

— И какое?

— Растерянное.

— Если честно, я не ожидала, что ты такой умный и так хорошо знаешь исторические факты чужой страны.

— Ну спасибо, ты просто мастер осыпать комплиментами.

— Ну не обижайся, — я смущенно пихнула его плечом. — Просто ты не производишь впечатление того, кто когда-либо корпел над учебниками.

— Признаться, этого и не было: просто я бывал здесь уже кучу раз и запомнил слова гида, — и умильно улыбнулся.

— Здесь — именно в мечети или вообще в Стамбуле?

— В Турции в целом. Моя подруга родом отсюда.

И до сих пор, хоть мы вместе уже месяц, меня задели его воспоминания о какой-то там бывшей, а то, что это не просто «подруга» было очевидно.

Это когда-нибудь прекратится или будет мучить меня до конца жизни?

К слову, об этом разговоре я забыла достаточно быстро: нагуляв аппетит, мы зашли в уютный ресторан и заказали традиционной местной еды.

Было немного прохладно — закутавшись в расписанный турецкими мотивами плед, я любовалась опускающимся диском солнца и все никак не могла поверить, что я здесь, в этой сказке, и эту сказку мне подарил, кто бы мог подумать — мой самый несносный студент.