Его малышка на миллион

– Пробовали. Бесполезно это, – отмахнулся Северский.

– Значит, надо даму отсюда вывезти. Где она живет, знаете?

Алекса развела руками.

– Нет! Откуда нам знать, где она живет?

– Хм… Может, отвезем ее в школу? – натянув себе на руку варежку в горошек, предложил Поляков.

– А дальше что?

– А дальше… будем импровизировать. Попробуем доставить ее в кабинет и оставим там. Пусть у себя за столом спит. Главное – чтобы не проснулась в процессе.

– Она не проснется, – уверенно сообщил Северский. – Плавали, знаем.

– Сторожем в нашей школе работает вахтер! – встряла Алекса. – Она закрывается в маленькой комнатке рядом с турникетами и не выходит до самого утра. А замок у служебного входа вчера старшеклассники сломали, чтобы можно было с уроков уйти. Там камер видеонаблюдения нет. Они замок на дверь повесили, и создается иллюзия, что служебный вход заперт, но это не так.

– Очень сомнительное приключение! – покачал головой Северский. – И где мы возьмем ключ от кабинета директора?

– Ключ от кабинета у нее в сумочке, пап! – Алекса схватила со стула дизайнерскую сумочку и помахала у отца перед носом.

– Разве можно трогать чужие вещи?! – нахмурился Андрей.

– А в дом без приглашения вторгаться можно?! – возмущенно фыркнул Поляков. – Отопрем ее кабинет и положим ключ обратно в сумочку. Она ничего и не заметит. Проснется утром у себя в кабинете как ни в чем не бывало!

– Алекса, вот как ты могла впустить ее в дом?! – Северский нервно провел рукой по волосам. —Мало у нас было проблем с ней?!

– Па, ну, так получилось! Она нахрапом пошла сразу в дом, как только я ей дверь открыла! А я испугалась… – Девочка развела руками.

* * *Подхватив Екатерину Федоровну на руки, Северский крякнул: тяжела оказалась ноша! Но делать было нечего, и он понес ее к машине Полякова.

– Мою машину в школе уже видели, так что повезем на твоей! – пояснил он.

Поляков согласился с другом, услужливо открыл ему заднюю дверцу своего хэтчбэка и помог погрузить Екатерину Федоровну на заднее сиденье.

– Нет, все же хорошо, что она сбросила свои двадцать килограммов! – тяжело дыша, выдал Северский.