Его дерзкая девочка (СИ)

Еще и пробки на выезде из города — то еще удовольствие.

Собственно в одной из таких на светофоре мы и зависли, когда я не выдержала и спросила:

— Это чье? — кивнув в сторону пакета.

Уж слишком ароматные там лежали бананы, я рисковала подавиться слюной.

В кафе с этим бугаем Иваном я толком ни расслабиться, ни поесть не успела. И сейчас мой желудок жалобно урчит.

— Твое! — бросает Тимур, даже не глянув в мою сторону.

— В смысле, мое?

— В прямом, Золотарева.

— То есть, я могу это съесть?

Мне кажется, или я с беременностью начала реально тупеть?

А нет, не одной мне так кажется.

Шик.

— Даже можешь выкинуть, если тебе так хочется. Ты же привыкла поступать, не считаясь с чужим мнением, да, принцесса? — усмехается мой водитель, давя по газам и трогаясь с места вместе с остальной колонной машин.

Так, и это он сейчас к чему клонит? И почему я неожиданно начинаю чувствовать себя виноватой? Будто я натворила чего-то непоправимого.

Эй, зараза-совесть, ползи обратно в свою дыру и не высовывай свой нос!

— А с чьим мнением я должна считаться, по-твоему? Это моя жизнь, как хочу, так ее и проживаю. Не тебе меня учить, мажор недоделанный.

— Ты реально думаешь, что такому, как этот рыжеволосый мудак, нужен чужой ребенок? Ты совсем чокнулась, Золотарева? — рык в мою сторону.

— Что? — опешила я, уставившись большими от удивления глазами на отражение Тима в зеркале.

— Что слышала. Как успехи-то хоть? Кто-нибудь клюнул? — говорит Абашев с таким презрением и отвращением, что меня моментально, как по щелчку, заводит.

Я начинаю свирепеть. Поджимаю губы, сдерживая целый поток грязи, которая рвется наружу, и начинаю недовольно пыхтеть, сжимая и разжимая кулаки.

Гад! Скотина! И это он меня сейчас еще учить, как жить, собирается?!

Тимур— А ты думал, что я с тобой, что ли, ребенка воспитывать буду? Серьезно?! — практически выплевывает мне в спину Злата.

Я держался.

Клянусь, закипал, но молчал до последнего, не собираясь даже поднимать эту тему! Но не могу. Меня бомбит. Меня разрывает, с*ка, несправедливость и обида!

Да, твою мать, я тоже человек, и мне обидно! Что меня вот так быстро и с размаху скинули со счетов, хотя я ни разу не дал ей повода даже подумать, что готов свинтить в кусты и откреститься от случившегося.