Единственный...

- Я хочу поехать к ним, но не думаю, что они будут рады меня видеть, — я опустила голову.

— Они не были рады, когда ты оставила их в Македонии и улетела к Агеластосу, но все же ты их дочь…

— Подожди. О чем ты говоришь? Я никуда не улетала. Я была в Македонии долго. Даже после того, как мама с папой вернулись в Грецию, я еще некоторое время жила там.

Ксенон нахмурился и непонимающе посмотрел на меня.

— Позвони своим родителям и поговори с ними.

У меня дернулась рука. Я хотела достать телефон и в это же мгновение позвонить маме, но остановила себя.

Немного позже, когда мы с Кирианом уже приехали в парк, я ненадолго отошла от него. Села на скамейку и набрала мамин номер. Очень давно ей не звонила и сейчас невыносимо сильно волновалась.

— Да, — услышав голос мамы, я ощутила, как сердце в груди дрогнуло.

— Мам, это я, — сказала еле слышно.

— Чара… К-как ты? — голос мамы тоже казался непривычным. Так же наполненным нахлынувшим переживанием.

— Мам, я только что видела Ксенона. Он сказал, что вы думаете, что я улетела из Македонии до того, как папу выписали из больницы.

Я все еще волновалась, но объяснила, что так никогда бы не поступила. Рассказала про то, что подвернула ногу и поэтому пару дней не приходила в больницу. Но когда опять пришла туда и, узнала, что родители вернулись в Грецию, я еще некоторое время оставалась в Македонии.

У мамы подрагивал голос, но она рассказала, что, чтобы продолжить лечение в Греции, им пришлось срочно покинуть Македонию.

Я помнила, что на ресепшене сидела вечно растерянная девушка, которая всегда все путала. А если ей на это указывали, она начинала грубить, из-за чего я вечно с ней ругалась. Наверное, чего-то такого следовало ожидать от отеля подобного класса, находящегося на самом краю города.

Тогда мама решила, что я улетела к Агеласосту.

Мы с мамой еще немного поговорили. Благодаря соседке, я знала, как дела у моих родителей, но сейчас хотела услышать все от мамы, ведь порой со стороны все кажется далеко не так, как является на самом деле.

К счастью, у родителей все было хорошо. Пока что наш с мамой разговор еще отдавался напряжением, но она тоже спросила о том, как я живу.