Единственный...

 — Можно попросить тебя о помощи?

— Конечно, но сначала скажи, куда ты пропала? Я ужас, как переживала.

— Да, я видела пропущенные от тебя. Извини, что не перезвонила.

— У тебя все хорошо? У тебя голос такой, будто ты плачешь. Или сейчас начнешь плакать.

— Нет, все хорошо. Но мне срочно нужно связаться с Кирианом Агеластосом. Можешь, пожалуйста, подойти к нему и сказать, что я прошу перезвонить мне?

— Слушай, я с удовольствием тебе помогла бы, но сейчас не совсем безопасно подходить к Агеластосу.

— В каком смысле?"

"— Его фанатки недавно растерзали его девушку и теперь высматривают любую, кто подойдет к нему.

Извини. Я бы рада помочь, но я сама боюсь его ненормальных поклонниц. Хотя, могу попросить у кого-нибудь из парней передать Агеластосу твои слова. О, слушай, давай я так и сделаю.

— Девушку? — просила, понимая, что Калиса что-то перепутала. — У него нет девушки.

— Ну, я и правда ее так бы не назвала. Скорее просто первокурсница, которой он попользовался в аудитории после лекции.

Но она потом так отчаянно бегала за ним, что нарвалась на поклонниц Агеластоса. Пожалуй, не буду рассказывать, что они сделали с ней в пустой аудитории. Прикинь, сюда даже полиция приезжала. А Агеластосу плевать. Он и бровью не повел. Вон уже зажимает новую. Интересно, а с ней что-то сделают?

— Ты что-то путаешь… Он не может прикасаться к девушкам…

— В каком смысле? У него какой-то запрет? Ну, тогда он его паршиво придерживается.

— Такого не может быть, — твердила, но остатки сказочности постепенно развеивались из сознания.

— Я, конечно, не хочу с тобой спорить, но я прямо сейчас смотрю на то, как он какую-то брюнетку зажимает во дворе университета.

— М-можешь их сфотографировать?

— Зачем?

— Пожалуйста, сфотографируй.

— Это немного странно, но ладно, — прошло около минуты молчания, после чего я ощутила, как телефон в руке завибрировал и услышала: — Все. Я отправила фотографии. Правда, они могли получиться смазанными.

Нет, смазанными они не получились.

На снимках было все прекрасно видно. И то, как эта брюнетка прижималась к Кириану, сидя на выступе во дворе университета, и то, как он, сжимая ее шею сзади, притянул к себе и целовал. Стоял между раздвинутых ног девушки и, казалось, вот-вот вовсе ее прямо там возьмет.

Глубокий вдох и шумный выдох.

Я упустила телефон на асфальт и закрыла лицо ладонями. Черт. Почему же настолько больно?

Яд невидимыми каплями впитывался в кровь и по венам разносился по телу.