Дыхание ветра

Я же отрицательно трясла головой и не желала отпускать его халат, как будто если отпущу, он тут же исчезнет.

– Пейте! – чуть ли не зарычал он, раздражённый моей истерикой.

Какой пейте. Я не желала успокаиваться. Мне нужна была его помощь, а не настойка. Видя моё невменяемое состояние, он сменил тактику:

– Лоран, вы меня раздеваете? Вас опять поцеловать?

Эти слова как холодный душ помогли привести меня в чувство. Резко отпустив лацканы, я отшатнулась. Выхватив из его рук настойку, залпом выпила её, хотя мои зубы стучали о край стакана.

«Гая!» – воззвала к ней, и мрак сгустился, становясь чуть плотнее.

– Что вы хотите этим сказать?

«Она не отвечает!» – мысленно ответила ему, смотря в стальные глаза.

Он взял мою руку, рассматривая гаярду, которая находилась в промежуточном состоянии. Кольцо мрака опоясывало мне руку

– Как давно вы с ней разговаривали? – отрывисто спросил он.

«Когда вы метнули кинжал», – мысленно произнесла я.

– Как давно? – повторил он вопрос, и посмотрел мне в глаза.

«В парке. Когда вы метнули кинжал», – повторила я, не отводя взгляд и, похоже, лишь сейчас он услышал мой ответ.

Несколько мгновений он что-то обдумывал, а потом заговорил:

– Когда гаярду помещают на объект, иногда она несколько дней ещё может перемещаться по нему, пока не выберет для себя удобное место, где и застывает. В вашем случае этот процесс несколько затянулся, но сейчас она переходит в спящее состояние и останется в виде татуировки.

Я слышала и не верила. Получается, она больше не будет слышать меня? В этот момент я почувствовала себя так, как если бы мне сказали, что у меня умирает друг.

Но как же так?! Она столько времени была активна, почему же именно сейчас засыпает?!

– Возможно, выброс силы на полигоне что-то нарушил в вашем энергетическом взаимодействии. Сейчас вы ослаблены и она засыпает.

«Когда я восстановлюсь, она вернётся?» – с надеждой спросила я.

– Не думаю. Застывшие гаярды больше никогда не меняют своего положения. Активируются лишь при нападении, а потом возвращаются на то же место.

После этих слов я не сдержалась. Прижав к себе руку, горько заплакала. Лишь сейчас поняла, что Гая спасала меня от одиночества. Она мысленно слышала меня. Я воспринимала её не просто защитой или питомцем, а другом. Будь прокляты эти испытания! Из-за них я теряла её.