Дыхание ветра

Значит, кто-то из моих родителей, или они оба, были магами! Как глупо, что лишь сейчас я задумалась об этом, иначе бы ещё раньше заметила странности. Маги не могли быть бедными. Все они находились на государственной службе, были уважаемы и очень хорошо обеспечены. Если даже Харн говорит, что я сильный маг, значит, и родители были такими, а это положение, уважение и богатство. Так как так вышло, что я жила с дядей в глуши и он, зная о моих родителях, ни разу не возил меня на отборы?!

В груди сжалось от нехороших предчувствий.

Нет, я не хотела, чтобы Тень первым узнал о моём прошлом. Теперь идея поговорить сначала самой с дядей обрела большую привлекательность. Он должен знать, что произошло, а уж я заставлю его ответить на мои вопросы.

Я настолько глубоко ушла в себя, что когда вынырнула из раздумий, обнаружила, что в кабинете стоит звенящая тишина и все напряжённо на меня смотрят.

"Смутившись, я потянулась к бумаге и написала: «Я пытался вспомнить хоть малейшие детали о моих родителях, но ничего существенного сказать не могу. Сожалею».

Такой ответ разочаровал не только Тень, но и всех остальных. Его же взгляд вновь стал стальным, передо мной сидел недовольный Глава Департамента. Я даже поразилась выверту своей фантазии, когда на краткий миг воспринимала его как друга. Или это была просто маска, которой он успешно пользуется, ведя допросы? Ему наверняка доверяют свои тайны, рассчитывая на дружеское участие и помощь.

– Жаль… Очень жаль, что вы не желаете пойти мне навстречу. Я надеялся, что вы оцените мой такт и умение бережно относиться к вашим… тайнам.

Мой взгляд метнулся с него на ректора и обратно. Или я совсем глупая, или он намекнул мне на то, что знает о моём поле.

– Лорд Хэйдес, я бы попросил вас воздержаться от давления на моего подопечного, – Харн хоть и был разочарован, но принял моё решение.

– Что вы, какое давление?! – изумился Тень. – Всего лишь сожаление о том, что ваш подопечный отказывается сотрудничать. Особенно в тот момент, когда я решил быть снисходительным, – теперь в голосе явно слышалась угроза и обещание грядущих неприятностей.