Такие разные миры

Ночь медленно опускалась на город, а я спешила, чтобы успеть и на вечеринку, спасая жизнь своему младшему брату, и домой вернуться не так поздно.

Иногда возникали мысли вроде: «А может они просто блефовали? Никакого вреда они не причинили бы Кани. Просто хотели меня напугать. Или, того хуже, посмотреть, как я поступлю, чтобы в очередной раз поглумиться надо мной». Но какова была правда, я могла узнать, лишь заявившись в дом Честера, как от меня и требовалось.

Осталось плестись навстречу неизвестности.

Добравшись до автобусной остановки, я уточнила у стоявшей ближе всех женщины в длинном пальто маршрут автобуса и время его прибытия.

На этот вопрос сложно ответить.

Когда к остановке подъехал автобус тускло-оранжевого цвета, я бросила несколько монет в автомат и приобрела билет, который тут же протянула водителю. Он хмуро выхватил его у меня из рук и снова повернулся к рулю.

Я прошла дальше, занимая удобное место – подальше от всех, в самом конце автобуса.

Поездка проходила почти в тишине, если не считать периодически кричащих детей, пока мать безуспешно пыталась их усмирить. Пользуясь возможностью, я принялась рассматривать собравшийся в автобусе народ.

У окна справа от меня сидела пожилая женщина, разукрасившая себе лицо слишком яркими тенями голубого цвета и розовой помадой. Она прижимала к груди ярко-желтую сумочку и смотрела в окно, будто ожидая какого-то чуда."

"На переднем ряду устроилась блондинка, именно ее дети и шумели – мальчик и девочка. Женщина шикала на них, откладывая в сторону свой журнал лишь на миг, а затем снова погружалась с головой в страницы, словно на них было напечатано что-то действительно важное.

На сиденье поближе ко мне было двое мужчин, безмолвно пялящихся вперед. Казалось, они внимательно следили за дорогой, как будто сами сидели за рулем.

И только возле меня, уткнувшись в книгу и не замечая ничего вокруг, сидел он.

О Аллах…

Во рту в миг пересохло, когда я точно убедилась в том, что мне не привиделось. Всего в метре от меня, у окна, прислонившись плечом к стеклу, а ноги закинув на пустующее рядом место, сидел Элиас.