Двойной удар по невинности

– Так ты решила, что это я приехал? – спросил, скорее почувствовав ее рядом, нежели услышав. – Поэтому решила уехать? Несмотря на дождь.

Я обернулся и снова утонул в зелени ее глаз. Она смотрела в окно, крепко сжимая в руках чашку с ароматным напитком. Черт! Представляю ее ощущения. Приехала в родительский дом спустя семь лет, и тут же видит “меня” с очередной пассией.

– Очень хочется сказать нет. Но, ты знаешь, мне никогда не давалась ложь… Просто это странно: я думала, что все обиды позади, – Кристина говорила очень тихо, на грани слышимости.

Знаю. Но ты не простила. Какой же я кретин.

– Это Клаус. С невестой, – добавив последнюю фразу, я вдруг вспомнил про Елену. Твою ж мать! Надо же было забыть про эту девицу! Да он уже ее препарировал где-то на горизонтальной поверхности, пока я здесь в прошлое играюсь!

– Его невеста? – вырвала меня из мыслей Кристина. – Клауса?

Она выглядела очень удивленной. Еще бы, братца ей удалось неплохо узнать за те несколько лет… Родители были против моих отношений с девушкой из простой семьи, а Клаусу она нравилась.

– Вроде как, – почему-то было очень тяжело сознаться в том, что девица – приз, вишенка на торте нашего с Клаусом наследства. И да, она – очередное пари. Словно я смотрел в глаза своей совести.

– Я бы хотела с ней познакомиться, – вдруг засмеявшись, сообщила Кристина. Ее лицо озарила обворожительная улыбка, мгновенно заставляя меня ответить тем же.

Рядом с ней я чувствовал себя наркоманом, который долго пытался бросить, но, как известно, бывших среди их братии не бывает.

– Думаю, это можно устроить. Если ты не спешишь назад, в свою Испанию, – растягивая губы до самых ушей, сообщил я, мысленно уже строя несколько вариантов решения сложившейся ситуации.

– Ради такого дела можно и задержаться! – Кристина протянула мне чашку с чаем: – Это тебе. Прости, я что-то забылась. Идем за стол, ты, наверное, голоден?

Есть не хотелось, но за ней я пошел как привязанный.

При всем желании я не смог бы вспомнить, о чем мы говорили следующие пару часов. Что-то вспоминала она. О чем-то рассказывал я. Мы касались всего малозначительного, с тщательностью сапера обходя тему расставания.

Пару раз я пытался разглядеть в ней хоть что-то не то, отвращающее, но увы. Она стала еще более изящной, нежной и сексуальной. К концу беседы я мог думать только о том, каким был ослом.