Двойной удар по невинности

Дитрих выдал себя за меня, куда-то отвез Елену, где однозначно напоил, что было вполне в его духе. Он явно умудрился ее облапать и даже поцеловать. В этом я был уверен, братец не врал.

А значит, на один пункт он меня уже опередил.

Но вот секса между этими двумя точно не было. И это определенно плюс, играющий мне на пользу.

Что-то мне подсказывает, что стоит Елене увидеть сегодня Дитриха и осознать, как он ее вчера обманул, и братцу очень долго не будет светить ничего путного. Мне, впрочем, тоже.

Интуиция била в набат, заявляя, что с русской иррациональной поганкой наш точный и немецкий расчет даст сбой по всем пунктам.

И все же я взял себя в руки. Разум холоден и прозрачен, я спокоен, а значит, можно ехать.

Вдавил педаль в пол и направился в сторону дома баронессы Лихтенштайн.

***

/Елена/

Бабушка не спешила возвращаться, и я уже начала подозревать ее в том, что она заколачивает двери и окна по дому, лишь бы не отпускать. Смешно, и в то же время подозрительно. Ну куда она могла деться? Когда дверь открылась, я уже порядком себя накрутила.

– Фройляйн Хелена, – позвал меня он, – фрау Хильда попросила меня занять вас. Она решает какие-то вопросы с вашим отъездом и, чтобы вы не скучали, велела отвести вас в столовую. Время обеда.

Я хотела сказать, что это совсем некстати и вообще мне пора, но в тот момент поняла, что действительно ничего не ела со вчерашнего вечера. Безропотно согласившись, пошла за дворецким, заодно напоминая:

– Мне уезжать скоро, так что быстро перекушу и в путь.

– Фрау сейчас подойдет, – невпопад ответил мужчина, пропуская меня вперед, в помещение, размерами чуть превышающую мою квартирку в Москве. Я осмотрелась."

"«П»-образная планировка, большая рабочая поверхность, вместительные системы хранения, современная умная техника и изысканная натуральная отделка. Идеально. Кроме того, кухонька включала в себя большой стол и множество посадочных мест. Все выполнено в современном строгом стиле, но яркие оттенки и необычное панно с изображением пальмовых ветвей на одной из стен удачно разбавляли вычурность помещения…

– Мило, – пробормотала я, останавливаясь у холодильника.

– Фрау Хильда последние годы живет очень уединенно, распустив почти всех слуг, – заговорил дворецкий, ненавязчиво указывая мне на один из стульев. – По ее решению столовая и кухня были объединены. Сейчас придет горничная, накроет на стол и подогреет хозяйке молока. Бедняжка плохо себя чувствует.