Двойной удар по невинности

Клаус выглядел немного обеспокоенным, особенно, когда его попросили снять очки и убрать их на время в карман. Я ободряюще ему улыбнулась, гадая про себя, как он отнесется к этому небольшому приключению.

Как только мы въехали в абсолютно темное помещение, кресла начали медленно подниматься, и в моей голове голове мелькнула мысль, что сейчас будет нечто непредсказуемое… Через пару секунд быстрого подъема мои опасения оправдались. Мы просто сорвались с огромной высоты вниз, визжа от ужаса, смешанного с восторгом.

Это действо повторилось несколько раз, и, когда наконец лодка остановилась, меня слегка потряхивало от переизбытка адреналина в крови.

– Как ты? – улыбаясь во весь рот, спросил Клаус, подавая мне руку.

– В следующий раз уговори меня идти в тот ботанический сад, – усмехнулась я, чувствуя, как трясутся коленки.

– А я бы повторил, – с азартом заявил мой холодный немец, вызывая отчего-то в моей душе волну нежности.

– Возьмите на память, – вклинилась в наш диалог девушка, переодетая в Белоснежку.

 – Хорошего вам отдыха!"

"Мне в руки сунули фото из полароида, и я на миг замерла, после чего начала хохотать, как ненормальная, без слов передавая карточку удивленному спутнику. Оказывается, в самый первый момент, когда мы сорвались вниз, нас фотографировали. И физиономии на карточке были запечатлены абсолютно безумные. Так вот, там был совершенно необыкновенный Клаус: с вытянутым лицом, перекошенным ртом и волосами дыбом. Куда только порода девалась?

Я все смеялась и смеялась, пока он бурчал и, качая головой, прятал отныне мое любимое фото в нагрудный карман рубашки.

А еще… А еще не могла отвести от него взгляда. Голос разума кричал откуда-то издалека: “Идиотка, не нужно привязываться к нему! Просто уходи!” Только я уже вложила ладонь в его руку, ощущая, как внизу живота зарождается совершенно новое чувство, словно скручивается от предвкушения чего-то волнующего и волшебного тугая пружина, и стоит дать ей немного времени, она развернется, заполняя меня всю счастьем. До краев. От корней волос до кончиков пальцев на ногах…

Прокатившись еще на нескольких аттракционах, мы вспомнили про время. При этом Клаус выглядел едва ли не более расстроенным, чем я. И все равно, уезжая из парка, мы улыбались, не в силах сдержать рвущееся наружу настроение. Проговорив о какой-то ерунде всю дорогу до Кельна, подъехали к небольшому кафе на окраине, и тогда вернулся прежний Клаус.