Двое

 – Или просто глупая?

И почему от его слов так приятно потянуло в груди? Почему так неистово заколотилось сердце? Он же явно пытался оскорбить меня!

Вместо того, чтобы отойти или хотя бы отшатнуться от старшего босса, я продолжала стоять неподвижно, глядя на него снизу вверх, и совершенно позабыв, что нужно дышать. А по-хорошему, залепить бы ему пощечину. Вот только вся моя смелость (или глупость) куда-то испарилась без следа. Но я не намерена была признавать это. Только не сейчас.

– Может и глупая, – ответила так же тихо, продолжая пристально смотреть ему в глаза.

– Зря… – прошептал он мне прямо в губы.

А потом вдруг схватил за шею так, что я едва не задохнулась. И в следующую секунду впился в губы. Долгим жадным поцелуем.

По телу мгновенно разлился жар. Ноги подогнулись, закружилась голова. Сознание затуманилось, я буквально потеряла рассудок. Такой родной запах окутал меня с головы до пят, знакомые мягкие губы, что сейчас целовали властно и требовательно как никогда, сводили с ума.

Между нами творилось какое-то безумие.

Как дикая, я обвивала мужчину руками, изо всех сил прижимала к себе. Впивалась пальцами в его предплечья, едва не ломая ногти о плотную ткань пиджака. Кусала его губы, задыхалась от нехватки кислорода, но не хотела прекращать это ни на секунду. Отдавала всю себя без остатка этому поцелую."

"Глеб давно ослабил хватку на шее, а потом и вовсе отпустил. Переместил руки ниже, огладил грудь, до легкой боли сжал ладонями талию.

Не знаю, чем бы закончилось это безумие, но в какой-то момент дверь кухни распахнулась, и кто-то вошёл.

Я дернулась от Глеба, как ошпаренная.

Он тоже отшагнул от меня, и в это же мгновение я увидела в дверном проёме Эмилию с исказившимся от шока лицом.

Ее глаза показались мне просто огромными, словно два блюдца. Девушка хлопнула ими несколько раз, а потом развернулась и пулей вылетела из кухни.

– Эми! – хрипло крикнула я вдогонку, но блондинки уже и след простыл.

Я испуганно посмотрела на Глеба, торопливо слезая со стола и оправляя задравшуюся юбку. Судя по взгляду, кажется, он тоже был слегка обескуражен происходящим.