Двое

— Вернись в спальню, — глухо цедит он, взглядом закапывая меня в землю.

Я обнимаю себя руками в попытке прикрыть грудь и быстро выскакиваю из кухни. Щеки горят также как и легкие, а в голове стучит: «Дура, дура, ну зачем?»

Я закрываю дверь в спальню, тру руками лицо, начиная расхаживать из стороны в сторону. Ну зачем я это сделала? У нас же все было хорошо, а теперь Булат разозлился. Ну тогда, может быть, он не уедет к ней? Надеюсь, он не станет кричать на Фиделя за то, что тот разглядывал меня? Дурацкая была идея зайти на кухню полуголой и начать флиртовать.

Когда за мной слышится шорох открывшейся двери, я вздрагиваю и оборачиваюсь. Мне хочется увидеть Булата и извиниться, что так неподобающе себя вела, хотя сейчас иметь с ним дело немного страшно.

Но в дверях стоит не Булат, а Фидель.

— Ты ч-чего… — от растерянности я начинаю заикаться. Снова обхватываю себя руками — наедине с ним в этих шортах и майке я ощущаю себя особенно голой.

А вот он больше не выглядит растерянным, а даже, напротив, взбудораженным.

Интуиция начинает подавать первые тревожные сигналы, когда он прикрывает за собой дверь. Истерично вопит, когда он делает ко мне первые шаги.

— Стой, где стоишь, — хриплю, отшагивая назад..

Он улыбается, но его улыбка больше не кажется мне заразительной

— Не надо нервничать так, Таисия. Просто развлечемся. Бо разрешил.

23

Мне кажется, что я сплю. Не в силах перестать пятится, разглядываю дверь в ожидании. Чего я жду? Наверное, того, что она исчезнет, и я почувствую под щекой мягкость подушки.

Но дверь никуда не исчезает, а расстояние между мной и Фиделем продолжает сокращаться. Мысли истерично звенят в голове, путаются, не желают складываться. Неконтролируемо дрожат руки. Что значит, Булат ему разрешил? Разрешил заняться со мной сексом словно я какая-то вещь? Ему наплевать, что меня будет кто-то касаться? Ведь знает, что он мой единственный мужчина, и что ради него я мир перевернуть готова.

Я все еще смотрю на дверь. Больше не жду, что она исчезнет — теперь я жду, когда появится Булат. Скажет, что это прикол какой-то, что он такого не говорил и выгонит Фиделя. Но мгновения идут и ничего не происходит. Чудовищное прозрение прокатывается по коже льдом. Он ушел. Уехал в Карине, оставив меня с Фиделем. Сделал то, о чем я сказала в порыве злости, просто потому что была расстроена.

Мне не хватает воздуха.