Двое

Все это я теперь могу с легкостью перетерпеть, потому что уверена, что случай с моим днем рождения между нами больше не стоит. Булат сам сделал ко мне шаг: занялся со мной сексом и даже забыл о защите. По этому поводу я вчера весь день улыбалась как дурочка и даже напевала песни, отчего Булат стал на меня странно посматривать. А разве бывает по-другому, если ты счастлив?

И я снова не выспалась, потому как до мельчайших подробностей прокручивала в голове наш спонтанный секс. От воспоминаний смущалась и непроизвольно сводила колени.

Энергия кипит во мне словно после посещения спортзала: я бодрствую чуть больше получаса, а уже успела принять душ, вынуть белье из сушилки и приготовить завтрак — те самые венские вафли.

Убедившись, что к совместной трапезе все готово, наливаю себе кофе и принимаюсь ждать Булата. На часах половина восьмого — он к этому времени всегда встает.

Кофе я успеваю допить и даже съесть половину вафли, но он так и не появляется. А вдруг ему стало хуже? Вдруг ночью поднялась температура, и он смог уснуть только под утро?

Обуреваемая растущим беспокойством, я несусь по коридору и останавливаюсь возле его спальни.

— Заходи, — произносит он, не открывая глаз от экрана. — Я заканчиваю.

Ободренная разрешением, я распахиваю дверь настежь и вхожу.

Захлопнув крышку, Булат откладывает ноутбук на тумбочку и смотрит на меня, мол, говори. Вчера он самовольно снял с плеча повязку — видимо, рука его уже не так его беспокоит, а вот бок по-прежнему заклеен.

— Я приготовила завтрак, — чтобы перестать разглядывать его голый торс, мне приходится перевести взгляд на стену. — Ты обычно к этому времени встаешь… А сегодня нет. Поэтому решила тебя проведать.

Внезапно ставится душно и волнительно. Оттого, что Булат слушает меня молча, а его взгляд словно ощупывает меня: забирается под майку, обжигает ноги через ткань штанов, тех же самых, что были на мне вчера. Я окрестила их счастливыми и решила пока не снимать.