Две стороны одной медали

К нам были у некоторых вопросы, но мы доказали, что у нас спортивные костюмы – все тянется, все пришито.

Мы начали накатывать номер: где-то что-то меняли, потому что переоценили свои возможности и не могли разогнаться, изменили дорожку – она была по прямой, а мы сделали по кругу, все-таки у нас вальс. Нина Михайловна не хотела, как обычно, ничего менять, я с ней спорил – в процессе родилась программа.

Глава 2

Как обычно, сбор в Италии был тяжелый, но мы знали, к чему идем. Оставалось чуть до самого важного старта.

Впрочем, свою истерику в среднегорье я все-таки устроил – что никуда не поеду, что ненавижу фигурное катание, что мне ничего не надо. Это было очередным душевным переливом с моей стороны. Но в это раз его свидетелями стали наши с Таней мамы, которые в этом году поехали с нами и в Америку, и в Италию, – оставшись равнодушными к США, они влюбились в эту ненавидимую мной глушь, собирая там ягоды и гуляя по горам. Я старался, чтобы маме было проще. Папа умер, и я хотел, чтобы она развеялась. Ей надо было это пережить, привыкнуть быть одной.

И вот я и при ней отличился. Меня бесило все. Что Интернет плохой: ни фильм посмотреть, ни звонки сделать. Что церковь рядом и бил колокол каждые полчаса. Что собаки лаяли. Я плохо спал, засыпая под утро и отключаясь днем под шум воды, когда в бассейне включали водный каскад. Я просился в другой отель, но мне говорили, что тут выгодные условия и хорошие владельцы, которые всегда шли нам навстречу. Каждый год я ехал туда, как на каторгу.

В Италии люди начали замечать, что у нас с Таней отношения. Даже наши друзья, тогда юниоры Женя Тарасова и Володя Морозов, до этого ничего не видели. Женя призналась, что именно там начала что-то подозревать: однажды мы идем, как она рассказывала, и вдруг Таня за руку меня взяла, секунда, и все как обычно, но сомнения у нее закрались. Нина Михайловна все понимала. Хотя я и делал вид, когда мы останавливались в одной квартире, что сплю на диване. Даже специально его разбирал, накидывая подушек и пледов.

Но мы с Таней продолжали скрываться, избегая ненужных разговоров, особенно в олимпийский сезон.

За итальянским сбором сразу был сбор в Сочи на свежих олимпийских объектах. Все судьи приехали, технические специалисты. Мы, как нам казалось, уже были в форме. У нас в Италии была открытая тренировка: приходили все бабушки, дедушки окрестные. Мы доработали там нашу короткую программу целиком – сыро, но собрали. Нам все очень нравилось. Зрителям тоже.