Два дня

Все его прекрасные личные вещи были подарками от Клэр и детей. Но где эти часы теперь? Ведь они были у него на руке еще вчера… Или позавчера?

Хьюстон вспомнил, как ложился в постель вместе с Клэр в тот последний субботний вечер. Он разделся, посмотрел на часы и решил не снимать их, потому что собирался потом поработать еще немного. Он не хотел чрезмерно увлечься и просидеть за рабочим столом всю ночь. В его кабинете часов не было, только компьютер. И Хьюстону нравилось то и дело поглядывать на свой хронограф. Он видел в нем не столько точное время, сколько доказательство любви его семьи.

Итак, часы были на его руке, пока он занимался с Клэр любовью. А потом он дождался, когда она заснет, выскользнул из постели и снова тихо оделся. Хьюстона беспокоил невынесенный мусор; а в голове вертелись кое-какие мысли. И он хотел их записать прежде, чем они ускользнут от него. Правда, мысли эти были еще не оформленные; они кружились, наталкивались друг на друга, конфликтовали и кристаллизовались, пока он, опорожнив мусорное ведро, неспешно прогуливался в ночи.

«Что я там написал? – наморщил лоб Хьюстон, пытаясь припомнить. – Ты написал: „Он понял, что должен сделать“. Та сцена, вступительные строки, помнишь? А затем ты написал про Клэр, так ведь?»"

"Те предложения о Клэр зародились у него в тот самый момент, когда он лег в постель и посмотрел на обнаженную жену.

Внезапно Хьюстон испытал прилив жуткой паники – тот ужас, который может захлестнуть только писателя. «Ты точно это записал?» Да, записал. Он был в этом уверен. Он записал даже больше.

«Нет! – одернул себя Хьюстон. – Остановись. Не вдавайся в воспоминания. Сосредоточься на том, что имеет значение здесь и сейчас. Часы исчезли. И уже не важно – где, когда и как. Все исчезло. Прошлое – уже история. Страницы, вырванные из книги. Не погружайся в него. Оставайся тут. Только тут. У тебя есть немного денег и кредитные карточки.