Два дня

Не оставляя попытки огреть Инмана бутылкой, Демарко снова приподнял руку. Но от затраченных усилий его тело резко отяжелело, движения замедлились, а глаза застил туман. И прежде чем бутылка нашла свою цель, рука сержанта обмякла, устремилась к полу и ткнулась в колено Инмана. Демарко попробовал взметнуть вверх свободную руку и вонзить свои пальцы Инману в глаза. Но противник блокировал ее своим локтем, а затем приподнял голову Демарко и снова ударил ее о пол. На мгновение комната озарилась красным светом, но его тут же сменила кромешная тьма, увлекая Демарко на дно черной-пречерной пропасти.

Глава 58

Откуда-то донесся звон бьющегося стекла. Нет, не стекла. Звон слишком продолжительный. Скорее колокольчиков или бубенцов. Что, уже Рождество? К нему пожаловал мороженщик?"

"Что бы ни был это за звук, но он приближался к нему, становился все громче. Или это Демарко приближался к нему, выбираясь из пропасти, из этой черной дыры, что его так некстати засосала. Сержант попробовал пошевелиться, поднять голову, открыть глаза.

Но его мозг сотрясался теперь от каждого стука сердца, распирал череп, ставший вдруг слишком маленьким и тесным для него. И голова раскалывалась от боли. А этот звон, уже нестерпимо громкий, усиливал ее. И с руками что-то было не в порядке. Да что там с руками! Со всем его телом. Демарко даже рта не мог открыть. «Что со мной, черт возьми? Почему я не могу пошевелиться?»

С каждой секундой темнота становилась все гуще. Демарко изо всех сил старался вырваться из нее, пробиться к рассеянному свету, который он принимал за свет солнца.

Он решил, что находится под водой и пытается вынырнуть к поверхности. Но тут же осознал, что дышит носом, а воздух до странности теплый. Увы, свет не был солнечным. Демарко сидел – нет, лежал на спине. И звон у его головы был металлический. Какой-то холодный предмет коснулся его уха, и сержант дернулся в сторону. Гнет темноты понемногу ослаб, и он смог наконец разомкнуть глаза. Но не увидел ничего, кроме света. А в следующий миг Демарко ощутил запах табачного дыма, ударявший ему прямо в лицо. И понял, что на какое-то время он просто потерял сознание. Теперь он сообразил, где находится. Боже, как же он лоханулся!

Демарко лежал под торшером в углу комнаты. Склонившись над ним и гаденько улыбаясь, Инман позвякивал у его уха брелоком с ключами.

Сержант отстранился от него. Глянул на свое тело. Запястья были обмотаны скотчем. Руки приклеены к бокам. Лодыжки тоже связаны. И рот заклеен полоской липкой ленты.