Два дня

Вы провели вместе всю ночь, но вы не ездили в Цинциннати. Так что либо вы скажете мне правду, либо я в течение двадцати четырех часов выясню это сам и вернусь сюда с ордером на ваш арест. И закрою вас, Бонни.

– То, что вы делаете, незаконно.

– Я опрашиваю свидетеля. В этом нет ничего незаконного. И пока у меня нет оснований для вашего ареста. Но если я пойму, что вы скрываете от меня важную информацию, я буду вынужден вас арестовать. И я вас арестую. Выбор за вами, Бонни.

Демарко дал ей несколько секунд на размышление, а потом добавил:

– Имейте в виду, что я веду расследование не заурядного преступления, а тяжкого убийства.

"С каждой минутой Бонни все больше и больше наклонялась вперед; она почти уже упиралась лбом в приборную панель, прижимая сжатые в кулаки руки к животу. Демарко терпеливо ждал, пока она все взвесит. Прошла целая минута. Но шум музыки из клуба больше не нервировал его. Сержант чувствовал себя теперь намного спокойнее.

– Он возил меня делать аборт, – призналась вдруг Бонни.

Теперь пришла очередь вздрогнуть Демарко.

– Томас Хьюстон?

– А разве не о нем мы говорим?

– И куда он вас возил?

– В Кливленд. Я сделала аборт в тот четверг, после обеда. И ночь мы провели в «Сьюпер 8», чуть в стороне от федеральной трассы. А утром вернулись назад.

– Вы же знаете, я могу все это проверить, – сказал сержант.

– Проверяйте, – пожала плечами Бонни. – Аборт я делала в Женском центре на Уотер-стрит.

– Но почему Хьюстон? – спросил Демарко. – Почему именно он возил вас туда?

Бонни повернула голову и посмотрела на него сквозь темноту:

– А вы как думаете, почему?

– Вы хотите сказать, что это был его ребенок?

– А я о чем вам твержу! – услышал сержант вымученный ответ.

– Хьюстон изменял с вами своей жене?

– А что, в это так трудно поверить? Или вам просто не хочется в это поверить?

Демарко не нашелся, что ответить.

– А вы когда-либо говорили с ним о том, чтобы быть вместе? Я имею в виду – постоянно?

– Нет.

– И вы никогда не обсуждали с ним, что было бы, не имей он жены или семьи?

– У нас был просто роман. Ни к чему не обязывающий. Понимаете, сержант? Он знал это, и я тоже это знала. Пару раз мы перетрахнулись, и раза три я ему отсосала.