Два дня

А почему вы спрашиваете о таких вещах?

– Береги себя, сынок, – пожелал Демарко и нажал отбой.

* * *У Демарко наконец включилось чутье. Обычно люди говорят «чует нутром». Но у Демарко чуйка находилась дюймов на восемь выше нутра, чуть ниже грудины. И была бесформенной, теплой и с металлическим привкусом. Как будто сержант проглотил кусок свинцового стейка и тот застрял там, затрудняя дыхание. Возможно, эта тяжесть зависла в груди свинцовым комком потому, что Демарко верил на все сто процентов, что телефонный звонок подтвердит его догадку: Хьюстон не выступал в колледже Цинциннати вечером того четверга.

Демарко был уверен – ту ночь писатель провел с Бонни. Вот только где? Хьюстон вряд ли бы захотел, чтобы в его выписке по кредитной карте фигурировал счет за мотель. Поэтому сержант, прежде чем выяснять номер факультета английского языка и литературы в колледже Цинциннати, заглянул к патрульному Кармайклу.

– Сделай одолжение – раздобудь мне все выписки по банковским счетам Хьюстона за последние три месяца.

Меня интересуют любые операции по списанию средств по средам или четвергам за этот период. Со всех текущих счетов, как общих, так и всех прочих. И снятие денег в банкомате. Дай мне знать, как только что-нибудь найдешь.

Вернувшись снова в свой кабинет, Демарко высветил сайт цинциннатского колледжа и разыскал телефон куратора магистерской программы факультета, Элис Брэмсон. Ее не оказалось на месте, и сержант оставил голосовое сообщение с просьбой перезвонить ему. Затем постучал пальцами по столу, раздумывая, стоит ли сходить за еще одним стаканчиком кофе.

Хотя ему совсем не хотелось заливать комок свинца, уже подступавший к самому горлу. «Ненавижу ждать», – в сердцах чертыхнулся Демарко. Но напряжение не отпустило его. «Ненавижу ждать!» – громко крикнул сержант. И ему вроде бы полегчало. Но этот крик привел к нему на порог патрульного Кармайкла.

– Вы же дали мне это поручение всего минуту назад. Я работаю так быстро, как только могу.

– Я не с тобой разговаривал, – мягко сказал Демарко.

 – Спасибо тебе огромное. И, пожалуйста, прикрой за собой эту чертову дверь.

Глава 40

К четырем часам дня Демарко уже знал две вещи."

"Факт первый: со слов Элис Брэмсон, Томас Хьюстон не выступал в Университете Цинциннати со времен публикации своего второго романа. Элис бы очень хотелось, чтобы он приезжал к ним регулярно; ей нравилось его творчество. И у нее сохранились приятные воспоминания о его последнем визите.