Два капитана

Иногда от его активности буквально мельтешило в глазах, и флегматичный охотник даже опасался, что, присаживаясь на диван или в кресло в присутствии друзей, рискует опуститься на место, уже занятое сверхактивным Ваней."

"Но приходилось привыкать. Именно Дикий, как зовет его иногда Сергей, спас тогда Машку из рук румын. Да, в общем-то, привыкать пришлось не так уж и долго. Жариков же из таежников, а таежники – они народ такой, человека нутром чувствуют. Вот и Вадим чувствовал: нет в Иване гнили.

Резкость есть, жесткость тоже сразу чувствуется, можно даже сказать, жестокость. Но исключительно к чужим. А то, что балаболит без умолку, так мало ли что там по радио передают!

– Э! Але, гараж! Вадик! Ты чего завис-то? Мне ж интересно, как ты живым-то умудряешься уже второй год из саванны возвращаться, – звук живого радио опять настойчиво бился в Вадимовы уши.

Поняв, что проще ответить, охотник и ответил:

– Да ничего там мудреного нет. Зверь – он и есть зверь, хоть в тайге, хоть в саванне, хоть на Старой Земле, хоть на Новой.

Ему ведь по большому счету что надо? Поесть, попить, да, когда время придет, поразмножаться. И чтоб его самого с детками не схарчили. Вот, собственно, и вся наука.

– Офигеть! Гениально! Серега, нам только что преподали краткий курс великого охотника! Тормози машину! Высаживаем этого умника, дальше мы сами! А скажи мне, умный человек, как же так получается, что только за последний год в Порто-Франко погибло одиннадцать охотников?! И экипировка у них – не чета твоей!

– Да нормальная у меня экипировка! Я ж тебе говорю! И отец мой так на охоту ходил, и дед.

Дед, тот еще и воевал так же.

– С дробовиком? Партизанил? Под Омском?

Тут даже Конан не выдержал и улыбнулся.

– Под каким Омском, почему партизанил, почему с дробовиком-то? – Вадик, понимая, что его подначивают, недовольно скривился. – На фронте у меня дед воевал, на Втором Белорусском, в полковой разведке.

Старшиной домой вернулся. А воевал с мелкашкой. Ну как, было у него и табельное оружие, а как в Западную Украину вошли, так в одном хуторе после штурма нашли они мелкашку «Зауэр». Видно, кто-то из немецкого руководства с собою таскал для удовольствия. Никто внимания на нее не обратил, а дед сразу в обоз прибрал. Пристрелял потом, патронов с ней было знатно. На сто метров даже нашим, советским патроном в пятак четыре выстрела из пяти ложились.