Дважды в одну и ту же реку не войти

— Так, когда это будет? Ты же у нас инженером планируешь стать.

Ответом на его слова было молчание.

— Так, понятно, констатировал батя. — Уже передумал. И куда же ты пойдешь учиться?

— Мда, пока родителям ничего знать не стоит, — подумал я и сообщил:

— Да, нет, все остается в силе, хотя сомнения имеются.

Так и не доспорив, отец пошел домой, а я остался, чтобы убрать все части мотоцикла в гараж.

Пришел домой перемазанный мазутой. Мама немедленно погнала меня мыться, не забыв поинтересоваться итогами экзамена.

"Прошло три дня. Сегодня у нас экзамен по английскому языку. Мы сидим с Вовкой за одним столом. Друг весь в мандраже. Перевод текста я ему уже написал. Но с билетом ему не повезло, по нашему плану на билете с рассказом о Рокуэлле Кенте, должны были поставить точку. Но видимо, не только мы были такие умные, поэтому точки стояли на нескольких билетах. Вовка не угадал, ему попался рассказ о Лондоне.

Я толкнул его и он, как зомби отправился к столу экзаменаторов, доброжелательно рассматривающих первого красавца класса.

Отдав им написанный корявым почерком перевод, Вовка сразу начал рассказывать вызубренные слова об американском прогрессивном художнике.

— Вова, погоди! — воскликнула наша учительница Белла Марковна. — У тебя же в билете другая тема стоит.

Третьяков вздохнул.

— Простите, Белла Марковна, я не знаю этой темы.

Экзаменаторы переглянулись.

— Хорошо, Володя, можешь взять другой билет, — предложила учительница.

Вовка взял другой билет, глянул в него, положил на стол и снова начал рассказ о Рокуэлле Кенте.

— Вова, остановись, ты же снова рассказываешь о Кенте, — воскликнула Тамара Петровна, вторая англичанка.

— Скажи, пожалуйста, какие темы ты знаешь?

Вовка, вперив взгляд в пол, сообщил:

— Я знаю Рокуэлл Кент.

— Хорошо, Вова, расскажи нам о Кенте,- с тяжким вздохом сказала Белла Марковна.

Получив свою тройку, потный Вовка выскочил в коридор.

Экзаменационная эпопея закончилась для меня благополучно. Даже лучше, чем в первый раз. Это была приятная неожиданность. Я вновь писал сочинение по роману Горького «Мать». Но если тогда получил за него тройбан, то сейчас целую четверку. По-видимому, орфография с синтаксисом у меня слегка улучшились за прошедшие пятьдесят лет, хотя не так хорошо, как бы хотелось.