Дважды в одну и ту же реку не войти

— Все, закончили, — приказал подполковник спустя минуту. — Развести их по камерам. Пусть посидят, подумают, как дальше службу нести. А мы пройдем, посмотрим, кто тут еще отдыхает.

Из следующей камеры несло перегаром так, что можно было опьянеть. Троица стройбатовцев в расстегнутых гимнастерках без подворотничков со страхом взирали на Климова. Они, видимо, были в курсе, кто это такой."

"— Ого! Какие «редкие» гости! — радостно воскликнул подполковник,- Три солдата из стройбата заменяют экскаватор! Сегодня мы это в очередной раз проверим.

Он открыл камеру и закинул туда две совковые лопаты. Троица кинулась на них, как коршуны, мутузя, друг дружку.

— Встать смирррна! — скомандовал Климов. Троица вскочила. Два счастливца прижимали к телу драгоценные лопаты. Третий понуро глядел в пол.

— Ага! Так ты, парень, у нас лентяй! Почему без лопаты? Работать не желаешь? — заорал наш комендант. — Сегодня работаешь ассенизатором, давно у нас сральник не выгребали.

Парни переглянулись. По их лицам трудно было сказать, предпочли бы они чистить туалет, или четыре часа заниматься шагистикой.

С утра, раздав люлей, Анатолий Петрович Климов превратился в милейшего человека, и, до обеда не беспокоил никого своим присутствием.

Меня тоже никто не трогал. От скуки пришлось заняться машиной. Благо, что ветоши я припас изрядно.

Отвлекали только маты сержанта, командующего стройбатовцами.

Те дружно топали по закатанному асфальтом двору комендатуры, пот тек с них градом. Наверно выходило вчерашнее спиртное. Но строевого шага у них все равно не получалось.

Около часу дня подполковник вышел на крыльцо и оглядевшись крикнул мне:

— Сапаров, заводи машину, поедем на обед!

Когда мы подъехали к ДОСу, я думал, что Климов сейчас отправит меня в часть.

Но тот смог удивить.

— Давай, пошли, пообедаем у меня,- сказал он, улыбаясь.

— Товарищ подполковник, может, не стоит, — сказал я. — Неудобно, вроде бы. Лучше я в части пообедаю.

— Неудобно штаны через голову надевать, — ответил тот. — Не дергайся, пойдем, никто тебя не съест.

Я особо и не стеснялся, но для приличия стоило слегка поупираться.

Моему появлению никто не удивился.