Два билета туда

Вагон неспешно дошел до машины, открыл дверцу, достал лежащую рацию, проверил частоту и начал вызывать.

– Пичуга, ответь Вагону, прием. – Тишина и шуршание в эфире. – Пичуга, Пичуга, ответь Вагону, прием, – раз десять повторял Вагон.

– Да, Вагон, слушаю, – наконец-то отозвалась рация.

– Пичуга, я на месте. Время вышло, ты где? Заплутал небось? – прищурившись, произнес Вагон с блатной интонацией.

Снова повисла пауза. Вагон повторил еще раз.

– Ты мусоров привел, ссучился. Не будет у нас встречи, вот так, Вагон. Был ты вор, а стал сука, – борзо отозвалась рация.

Я посмотрел на лицо Вагона. Никакой реакции. Выражение игрока в покер. Только губы стали чуть тоньше и лицо бледнее.

– Так приезжай и перетрем тут с тобой, кто ссучился, кто крысятничает, кто мокрушником голимым стал. Белого тоже ты мочканул? За все спрос будет, Пичуга, – с угрозой проговорил в рацию Вагон. Про Белого он просто сказал наугад, чуйка сработала. Но, похоже, не промахнулся.

Из рации раздалось несколько матюгов и все. Тишина и шипение эфира.

– По коням, бродяги. Делаем дело, – бросил он и решительно полез в машину.

Солнце уже поднялось и припекало прилично. Слава сел за руль, я, как обычно, перед дверцей пассажира.

– Так, двери не закрываем, всем понятно? Перед холмом, вон там, – я указал Славе, где именно, – тормозим, выходим из машины и падаем на землю. Слава, машину на нейтралку и скатываешь вниз по дороге.

– Понятно, – буркнул Слава. – Не пострадает она?

– Да нет, не должна. Вот там поворот, она и уткнется в холм. Ну так, бампер поцарапаешь, – отвел я глаза.

Слава нажал на газ.

– Внимание, начинаем движение. Как приняли, Буль? – запросил я бойцов.

– Приняли, начинаем работать, – отозвалась рация.

«Форд» легко поднялся на холм, остановился прямо перед спуском. Узкая грунтовка. Справа и слева высокая трава. Дальше впереди спуск. Такая же грунтовка резко поворачивает вправо.