Другой мир. Куда же столько?

После поцелуя Крашш стоял несколько секунд рядом с ней, удерживая ее лицо в своих руках и хрипло дышл ей в губы. А Виолетта от каждого его вздоха утопала еще сильнее.

Не успела она опомниться, как мужчина подхватил ее на руки и, прижав к себе, начал выходить из гостиной. Спрашивать, что и куда она не стала, просто доверилась, искренне веря, что мужчина плохого ей не сделает. Выйти из гостиной они не успели, сзади послышался рык, а Крашш остановился и посмотрел на нее. Вот только Виолтетта видела перед собой два ярких продолговатых зрачка и то, как быстро они пульсировали.

— Виолетта… — с придыханием прошипел мужчина, обращая внимание на себя.

— Да… — то ли сказала, то ли просто разомкнула губы беззвучно."

"— Я отнесу тебя в комнату. — Прикрыв глаза, сквозь зубы выговорил мужчина. — Тебе нуж-жно отдохнуть и прийти в себя. Завтра ты будеш-шь сож-жалеть о содеянном.

— Почему? — Не особо задумываясь, спросила она.

— Что почему?

— Почему буду жалеть? Я же согласилась выйти за вас… — пряча лицо в груди мужчины, тихо проговорила она.

Ответа она не услышала, Крашш начал учащенно дышать, с шумом втягивая воздух через нос. Через секунду сзади прижался еще один мужчина, лица она не видела, пряча свое в груди Крашша. Не смотря на выпитое, она прекрасно понимала, что делает, но желание с каждым разом ставало все невыносимей. Да и появилось бы оно вообще не чувствуй она ничего? Если верить мужчинам, нет! А Виолетта им верила, в этом мире они стали для нее ближе всех.

— Иди ко мне, мое сокровище… — услышала она и почувствовала на своей талии руки Родерика.

Мужчине хватило секунды, чтобы она оказалась у него на руках и еще одной, чтобы впечатать ее в свое тело, накрывая губы голодным, неистовым поцелуем. Родерик порыкивал ей в губы, унося куда-то, и даже не слушая рычит или шипит кто-то, впрочем, Виолетта тоже совершенно ничего не слышала. Весь ее мир сузился до горячих, неумолимых губ, которые терзали ее собственные.

Ощутив под собой мягкость кровати, она открыла глаза, обводя помещение мутным взглядом.

Долго осматриваться и придумывать названия ей не дал Родерик, который в очередной раз поцеловал ее, но теперь его руки блуждали по ее телу.